Но зато она научила меня разбираться в ресторанной еде и выбирать самую вкусную еду с доставкой на дом.
После дегустации ужина, выполненного Камиллой, признаюсь, я бы охотно попробовал что-нибудь еще в ее исполнении.
Захочет ли она делать это сама?
После сорвавшихся занятий танцами?
Вряд ли!
Но она здесь не для того, чтобы я потакал ее желанием, совсем наоборот. Это она должна научиться мириться с тем, что приходится исполнять приказы и вести себя скромнее.
Лишилась танцев?
Признаю, со стороны это смотрелось красиво безумно!
Но теперь я не мог не думать о том, какой ценой достается эта красота, и внутри все начинало полыхать от картинки чужих мужских пальцев, которые были так близко к ее девичьему лону.
Кощунственно близко!
Это чувство не было ревностью. Просто я, в отличие от Камиллы, более опытный мужчина и легко отличаю чистый профессионализм от ноток проскальзывающего интереса.
У этого красавчика они были. Он при каждом удобном случае касался Камиллу. Даже когда в этом не было острой необходимости.
Он создал себе амплуа профессионала и был хорош в танце. Пара гармонично смотрелась.
Заметив блеск в его глазах, и намеренные жесты, которые Камилла могла оставить без внимания, теперь я понимал, что парень нагло своим авторитетом пользовался и вел себя свысока. Ему не нужна была Камилла, как девушка, ему нужна была танцовщица и девушка, которая бы раболепствовала перед ним.
И ему почти удалось это сделать!
Как ловко он взбрыкнул и ушел. Бросил партнершу, заставил ее мучиться угрызениями совести.
Глупышка теперь во всем винит себя и проклинает меня так, что даже на расстоянии мои уши и лицо горят адским пламенем.
Говнюк! Манипулятор с тиранскими замашками.
Жаль в этой ситуации только Камиллу. И не станет же она меня слушать. Посчитает, что я все выдумываю, просто для того, чтобы запереть ее в четырех стенах.
Нет, ей там не место… Я прав, и точка.
Только почему-то приходится снова и снова повторять себе это, разгуливая по коридорам дома, который кажется слишком тихим.
***
Утро следующего дня наступает для меня задолго до того, как в окнах забрезжил рассвет. Я привык вставать до звонка будильника, но даже для меня, человека, привыкшего к внезапным пробуждениям, подъем показался ранним.
Я проснулся от грохота.
Что-то летело вниз по ступенькам.
Подумав о самом дурном, я подскочил и выбежал из комнаты в чем есть, то есть в одних трусах.
В голове мелькали самые разные мысли.
