Если предположить, что я приму решение жить там с тобой, кому-то придется выполнять всю работу по дому. Стирка, уборка, готовка... Я вдруг понял, что Зумрат ничего не сказал о том, какая из тебя хозяюшка.
— Самая лучшая! — горячо заверяет меня Камилла. — Я все-все буду делать. Только давайте жить в городе. Не хочу жить в пригороде! Я уже ехать устала...
— Все-все будешь делать? — с трудом погасил улыбку. — Сегодня вечером придешь в мою спальню… Охотно посмотрю, на что ты способна.
Довлат Лорсанов
После моего заявления девчонка притихла и молчала на протяжении всей оставшейся дороги до дома.
На красивом личике были написаны сомнения и думки.
Неужели она подумать решила, прежде чем говорить и делать что-то?
Вот что значит, твердая рука и правильное воспитание приносят свои плоды! И дня не прошло, а она уже присмирела!
Однако! Я усмехнулся сам себе. Если так дело пойдет и дальше, то не о каких нескольких месяцах и речи идти не будет. Самое большее, через месяц, Камилла угомонится, станет покладистой и более скромной.
Того и гляди, можно будет вернуть ее в дом отца присмиревшей и забрать обещанное мне вознаграждение в виде очень нужной услуги.
Что будет делать с дочерью дальше Зумрат — не моего ума дела. Не такой уж он пентюх и старикан, каким считает его Камилла. Дочь явно смотрит на отца с превосходством молодости и считает Зумрата безнадежно отставшим, а он очень не прост…"
"Но это все будет позднее и случится, если все пройдет по плану, а пока же придется плотно заниматься этой егозой.
Она, кстати, из машины сама не спешит выходить, ждет, что я ей дверь открою и руку подам. Именно это я и делаю.
Тонкие пальчики Камиллы ложатся на мою ладонь, приятное тепло проникает даже под шероховатую кожу. Девушка немного крепче обхватывает мою руку, касаясь запястья, и совершает видимое усилие, чтобы вылезти из салона машины.
Я тяну Камиллу на себя, ее грудь почти касается моей.
Влажный воздух всколыхнулся, в нем отчетливо проступил запах женских духов.
Ее духов…
Камилла медленно поднимает на меня взгляд, взмахивает ресницами и замирает, разглядывая, будто впервые. Ее глаза внимательно рассматривают каждую черточку лица, но избегают проходить там, где есть шрам.
Я нарочно поворачиваюсь. Она мгновенно начинает рассматривать дом из-за моего плеча. Легкая дрожь юного тела эхом вибраций отдается на моей ладони.
Шрам ей мой не нравится. Нос от меня воротит, думаю с неожиданным запалом.
