Не умеет толком водить, но решил полихачить на трассе в ливень.
Авария была бы неминуема. Я с огромным трудом выровнял ход нашей машины. Я и Камилла отделались легкими синяками, ушибами. Камила получила испуг колоссальный, ревет на обочине, сев на свою сумку верхом, и не хочет меня видеть.
— Кусок идиота! — повторяю я сквозь зубы, мрачно взглянув на парнишку.
Он что-то лопочет, мол, договоримся с отцом. Разумеется, не сам это разрулит.
Ему вообще сильно повезло — рука провидения спасла глупца. Его машину основательно помяло, но сам парень отделался лишь переломом ноги, вывихом руки и подправленным фейсом.
Приезжают сотрудники полиции.
Кажется, это надолго затянется.
— Камилла, — подхожу к девушке. — Сядь в машину.
Она испуганно шарахается от меня в сторону, словно к ней прикоснулся дьявол.
— В вашу машину?! Не сяду! Ни за что! Мне жизнь дорога. С вами… Я больше никогда-никогда ни за что не поеду! Вы водить не умеете! Привыкли… Привыкли черт знает на чем лихачить, а здесь дорога.
Люди. Их жизни! Вы меня чуть не убили! НЕТ! НЕ СЯДУ!
— Ты винишь в аварии меня?!
— Разумеется. Вы вылетели на встречную полосу."
"— Я был на своей полосе, но вот другой водитель…
— Конечно. Врете!
— Что?!
— Врете! Я видела. Своими глазами.
— Много ли ты видела? Всю дорогу ехала, зажмурившись, открывала глаза на мгновение и снова закрывала.
— Потому и зажмурилась, что водите вы так, словно спешите на тот свет. Спешите без меня! Я… никуда не сяду. Убивайте меня, режьте, в монастырь отправляйте.
С вами. Больше. Ни за что! Точка…
Как много она болтает!
Скажешь ей слово, получишь сто слов возмущения в ответ.
Я к подобному непослушанию не привык. Вообще отвык от обилия слов. Она же засыпает меня словами с ног до головы, сопровождая это живой мимикой.
У Камиллы очень подвижное лицо. Когда говорит, играет каждой чертой.
Губы возмущенно надуваются, становясь еще пухлее, длинные ресницы взмахивают чаще, чем обычно, глаза блестят так ярко, что даже цвет неразличим — все перекрывает гневным блеском.
Ноздри носа трепещут быстро-быстро.
И при этом она ревет, не переставая, отчитывает меня и пытается встать.
Камила делает резкое движение, потом громко охает и падает обратно на сумку.
— Нет-нет-нет! — причитает, склонившись над правой ногой. — Нет-нет-нет. Только не это! Только не это!
— В чем дело? Нога болит?
Не обращая на меня никакого внимания, она снова пытается встать и падает, закрыв ладонями лицо.
— Это конец.
