А почему ты со мной на «вы»? Мы близкие люди, столько лет в браке прожили! Ты на меня обиделась? Чем я могу загладить свою вину? Может, новое колечко или колье? – спросил Никита Петрович, при этом он состроил такую уморительную рожицу, что я так и не поняла: он меня разыгрывает или действительно обеспокоен моим здоровьем?
– Да, я обиделась! Но почему тебя это удивляет? Если ты меня в бессознательном состоянии бросаешь одну в комнате, следовательно, я тебе посторонний человек. А к посторонним нужно обращаться на «вы».
Но я ни в коей мере не хочу тебя обидеть. Разве можно обидеть вежливостью? Вот Софья Андреевна до конца жизни говорила Льву Николаевичу «вы». И Любовь Орлова Александрову тоже не «тыкала».
Конечно, в наши дни такое обращение в семье редкость, и у меня просто сорвалось с языка. Я вообще заметила: в отличие от головы язык у меня работал превосходно, наверное, это было своего рода компенсацией за слабоумие вследствие травмы. Но с другой стороны, этого Никиту Петровича я видела в первый раз в жизни или как в первый раз, и сказать ему «ты» было выше моих сил.
Лысый ничуть не смутился, только с прищуром посмотрел на меня, принимая мою игру.
– Ты, дорогая, можешь обращаться ко мне, как захочешь, твоя воля. Хочешь, будем как графья Толстые изъясняться? Хочешь, как Орловы – Александровы? Тем более что кино для нас самый важный вид искусства, так завещал нам великий Ленин. Или Луначарский? Ну, да бог с ними с обоими! В былые времена ты часами просиживала перед телевизором, но я тоже кино люблю и уважаю.
«Ого, мой муж, оказывается, обладает чувством юмора! Да еще и образован, знает Льва Николаевича. Может, даже «Анну Каренину» читал? В компании этих подозрительных субъектов он, похоже, самый умный, да так и должно быть, он здесь хозяин», – только я так подумала, как к нам подошел Сергей Ильич. По-моему, он боялся слиться с этой самой компанией подозрительных субъектов.
До сих пор доктор стоял в стороне и прислушивался к нашему разговору.
Воспользовавшись возникшей паузой, он вклинился в нашу душевную беседу, несколько напоминавшую семейную ссору аристократов.
– Никита Петрович, я же говорил, Эмма Львовна скоро пойдет на поправку, но чтобы так скоро, признаться, не ожидал. Вот что значит крепкий организм! Есть, правда, остаточная амнезия, но, думаю, она вскоре пройдет и Эмма Львовна все вспомнит. Полистает семейные альбомы, вы что-то расскажите, и память восстановится.
