– Девушка, вы, собственно, куда?
– Растем, надо же, – громко проворчала она. – Какие слова знают сержанты – «собственно»… Я, собственно, майор Шевчук. Комментарии будут?
Комментариев не последовало, сержант, надлежащим образом изменившись в лице, живенько посторонился. Даша на минутку задержалась, прислушалась: железный лязг доносился словно бы из стены, прокатываясь по ней снизу вверх.
– Сантехники стараются, – торопливо пояснил сержант. – На всю катушку. Из-за воды и раскрутилось…
– Ну-ка, ну-ка, – ободряюще кивнула Даша, прекрасно зная по прошлому опыту, что такие вот сержанты успевают вызнать все едва ли не быстрее производящих дознание.
– Что там с водой?
– Кран в ванной был не завернут, – с готовностью поведал сержант. – Роскоши наворотили снаружи, а трубы в стенах остались старые, гнилые, вот к соседям снизу помаленьку и потекло. Начали колотиться, – он кивнул на дверь, которую охранял, – а там и этот тип приехал…
– Какой?
– Знакомый какой-то, его там давно допрашивают. В общем, вызвали участкового, подломили дверь, а она там мертвая…
– Ясно, – сказала Даша.
– Бди дальше…
Распахивая дверь из натурального дерева, она вновь ощутила щекочущий прилив устоявшегося охотничьего азарта – и тут же вспомнила, что чувство это теперь сродни фантомным болям в отрезанной ноге. Она уже не гонялась за дичиной самолично, лишь трубила в рог и отдавала команды своре. И не могла понять до сих пор, лучше ей от этого стало или нет…
В прихожей явственно попахивало деньгами – но не шальными или запредельными, впрочем.
По сравнению с ее собственной квартиркой хоромы были невероятно роскошными, зато масса новоруссов наверняка презрительно покривила бы губы, лишний раз сработав на авторитет Эйнштейна…
Мимоходом водрузив на вешалку шапку, вошла в комнату с высоченным потолком, где не заметила никакого беспорядка. Только пустая деревянная шкатулка солидных размеров валялась на ковре, и ее со всех сторон сосредоточенно обстреливал «блицем» незнакомый фотограф. Судя по тому, как он старался, шкатулка с распахнутой крышкой то ли играла невероятно важную роль в происшедшем, то ли была единственным осязаемым следом происшедшего (не считая трупа, понятно).
Второе вероятнее.
Еще двое оперативников, знакомые (один из Славкиной группы, второй – прокурорский), бродили вдоль стен, явно приглядываясь, с чего сподручнее начинать обыск. За ними со страдальческим видом наблюдала пара средних лет, в которой и не особенно наметанный глаз с ходу бы определил соседей-понятых.
