Да и потом, вовсе ты не проигрываешь. Поедем к Волховичу, потолкуем?
– Не пойдет.
– Да пойми ты, дура! – прямо-таки взревел он. – Ведь уберут! Ты красивая баба, у тебя отличные мозги, какого же хрена! Что тебе эта Москва? Ты и не представляешь, как будем жить… Куда?! – он, оскалясь, схватил Дашу за кисть.
– Руку убери, – сказала она, напрягшись. – Сломаю ведь. Не тебе со мной справиться…
– Да мать твою!
Даша, глядя ему в глаза, сделала молниеносное движение кистью и мгновенно освободила руку. Он зашипел, баюкая вывернутую конечность.
– Ничего, – сказала она холодно. – Даже вывиха нет, сейчас все пройдет… А насчет ситуации ты, очень может быть, кругом и не прав. Самое последнее дело – полагать, будто ты самый умный, а противник – дурак набитый. Вы все прекрасно просчитали, только вот упустили парочку существенных мелочей. Весьма существенных. Таких, что вместо триумфального брюмера можете получить полный набор всех и всяческих неприятностей. Дурак ты, господин статский советник, вместе с Волховичем, я бы на твоем месте села бы сейчас, накатала чистосердечное признание да принесла майору Шевчук по известному адресу – тогда, смотришь, и к стеночке вместе с остальными не встанешь… Подумай, золото мое.
А я пошла.
Вылезла из машины, хлопнула дверцей и, полуотвернувшись, принялась закуривать на стылом ветру, краешком глаза наблюдая за машиной. Неожиданно взревел мотор, «ауди» прыгнула вперед, демонстрируя отличные качества автоматической коробки передач, резко свернула на проспект, проскочив под носом у поневоле притормозившего с пронзительным визгом потрепанного «москвича».
Даша отчаянно замахала своим. «Волга» рванула к ней. Даша запрыгнула в заботливо приотворенную Горбенко дверцу едва ли не на ходу, упала на сиденье и выдохнула:
– Вперед! Садимся на хвост!
Он никуда не успел бы деться на улице с односторонним движением – да и не стремился рубить возможные хвосты. «Ауди» катила в крайнем правом ряду. «Ну конечно, – подумала Даша, – из машины звонить побоится, предполагая очередное мое изощренное коварство, а жетончиков у него нет, зачем ему, барину, жетоны?»
– За нами хвост, – сказал вдруг Паша.
Она присмотрелась:
– Черный «лексус»?
– Точно.
– Сохраняем спокойствие, – распорядилась Даша. – Не видим мы его, падлу. Только вот что… Ребята, держите-ка пушки под рукой. Нас, может, сейчас возьмутся убивать.
И, подавая пример, извлекла свой ПСМ, положила на колени.
– Ты серьезно? – спросил Паша, но ствол, впрочем, извлек.
