Тот продолжал лихорадочно лепетать, то и дело срываясь на крик:
— Убей меня, брат! Убей! Умоляю!..
Пока не раздался голос До Наре:
— Рильфа Даберрон, именем императора и властью данной мне Его Владычеством Илларионом, вы арестованы за преступления против империи и клана. Владыка демонов требует вашу душу, и мы не видим причин отказывать ему.
Жалкий крик Рильфа перешел в душераздирающий вой, когда фьорды поволокли его прочь.
Но Крейн уже ничего не видел. Кроме женской фигурки, застывшей на крыльце. Она смотрела на него с трепетом, отчаянием и надеждой.
А еще было в ее глазах что-то такое, о чем он до этого дня мог только мечтать.
— Тая… — вырвалось глухо.
И ее будто в спину толкнуло.
Куда делись слабость и боль? Она летела к нему, как на крыльях, не чувствуя ног. Не чувствуя, как сердце выпрыгивает из груди, а глаза застилают слезы.
Споткнулась. Упала в его объятия, одновременно смеясь и плача. Схватила ладонями за лицо, в лихорадочной спешке начала осыпать поцелуями нос, глаза, щеки.
Все, что могла достать. Бормоча в блаженном исступлении:
— Ты живой! Живой! Господи…
Он держал ее на руках. Принимал ее поцелуи. Чувствовал вкус ее слез на губах.
Такая родная, такая его. Тело к телу, душа к душе. Разве есть связь сильнее?
— Моя, — хрипло выдохнул, накрывая ее губы своими. — Моя навсегда. Шинами.
Он целовал ее страстно, самозабвенно, одержимый единственной жаждой: передать ей все чувства, что бурлили в его крови. Чтобы она ощутила их в полной мере, поняла, как дорога ему стала.
Что ради нее он готов идти на край света и дальше. Ради ее улыбки, ради ласкового взгляда, прикосновения. Ради того, чтобы просыпаться и видеть ее по утрам рядом с собой такую простую, взлохмаченную, сонно щурящую глаза. Чтобы слышать ее тихий голос, сидеть рядом с ней за столом, наблюдать, как она порхает по кухне в их доме."
"Обнимать ее. Целовать. Дышать одним воздухом.
Да мало ли что еще можно делать с тем, кого любишь!
— Ты спасла меня, — прошептал, на мгновение разрывая нескончаемый поцелуй.
— Я почувствовал это. Ты дала мне силы, чтобы подняться после удара о землю. Смотри, мои раны затянулись без всякой магии.
Ее взгляд блестел от счастья и слез.
— Гхм… — смущенный голос До Наре заставил их обернуться. — Прошу прощения…
Тая охнула, застыла натянутой тетивой, прижавшись к Крейна всем телом. Ее внутренности сжались в тугой комок, сердце заполошно заколотилось, точно птица в силках. Даже дыхание комом застряло в груди.
