К плохим новостям относились высокий забор, окружавший участок Хамиди и заросший густой растительностью кустарник, примыкавший противоположной от улицы части забора. Хорошей новостью было то, что кроме самого бея и старухи-кухарки никого замечено не было.
— Забор на раз не перескочишь, — доложил унтер, — лестницы нужны.
— Где мы их возьмем? — отверг идею капитан. — Сделаем так…
Высокий забор он ведь не только на участок попасть мешает, с участка на улицу тоже быстро не выскочишь. Ровно в полдень разъезд из четырех жандармов блокировал парадный въезд со стороны улицы, а заодно и внимание на себя отвлек.
В это же самая время, группа захвата под руководством ротмистра Грозневецкого, с трудом преодолев топкое дно и густые заросли на дне оврага, вышла к задней калитке. Самого маленького и легкого жандарма на руках буквально забросили на забор, где его ожидало битое стекло. Сильно порезав обе руки, жандарм свалился обратно. Пришлось его перевязывать и на ходу искать новый путь проникновения во двор.
— Что делать будем?
Взгляды подчиненных скрестились на ротмистре, а ему в голову ничего не шло.
Сейчас бы сюда капитана Магу, он бы точно что-нибудь придумал. Хозяин хорошо подготовился к визиту непрошенных гостей с этой стороны. Забор высокий, калитка крепкая, запертая на засов изнутри. Такую без тарана не вышибить. Ротмистр думал, а время шло.
Из-за забора донеслись чьи-то шаркающие шаги. Ротмистр дал знак, и жандармы, стараясь не шуметь, прижались к забору по обе стороны калитки. Грозневецкий вытащил из кобуры револьвер.
Едва только лязгнул засов, как ротмистр дернул ручку калитки на себя.
— Добрый день, господин Хамиди, а мы вас тут уже заждались.
Бей, хоть и не ожидал такой встречи, среагировал быстрее жандармов. Ему помогло и то, что в проеме калитки был один только Грозневецкий, от остальных Хамиди отделял забор. Бей сбросил со спины узел с барахлом, за нож хвататься не стал, с визгом кинулся на ротмистра и вцепился ему в лицо. Жандарм дернул спуск револьвера и, сбитый с ног покатился в овраг вместе с впившимся в него Хамиди.
Пуля каким-то чудом миновала бея, а второй раз ротмистр выстрелить не мог, так как выпустил оружие из руки."
"Жандармы, не ожидавшие от увечного такой прыти, промедлили пару секунд, а затем кинулись спасать начальника. На дне оврага Грозневецкий оказался снизу, Хамиди сжимал руками его горло, ротмистр, пытался оторвать его руки от собственной шеи. Первый же добравшийся до них жандарм, со всей силы двинул прикладом по спине бея.
