Спустя секунду к попытке выманить из укрытия присоединился ещё один персонаж…
– Айрин, ну ладно они, но я-то в чём виноват? – нахально заявил ищейка. – Я розы не трогал. – И после короткой паузы: – Я вообще безопасный!
Интонация, прозвучавшая в голосе Ида, определению не поддавалась, но, как по мне, в ней точно было что-то чуточку зловещее. Впрочем, зацепило меня не это. Внимание привлёк другой момент.
Вся четвёрка стояла сейчас под дверью, и я вообразила, как это со стороны смотрится… Несколько взрослых, родовитых, занимающих высокие должности мужчин, толпятся возле уборной, пытаясь выманить одну-единственную девушку…
Представила и мысленно застонала, потому что картинка получалась ужасно нелепая.
Хотя, если вдуматься, после того, как четвёрка блондинов вломилась в наше купе, вообще всё кувырком пошло.
Отдельная прелесть – дверь я не запирала, но проникнуть в уборную мужчины не пытались. То есть какая-то частичка тактичности в «поросятах» всё-таки осталась.
– Ну, Айрин! – позвал на сей раз Осберт, и я со вздохом встала.
Поняла – отсидеться не получится. Вопрос нужно решать иначе. Проще и жестче. В лоб!"
"Как итог я распахнула дверь – к счастью для блондинов, она открывалась вовнутрь, – и застыла, давая компании возможность осознать, что девушка таки вышла. Ну а когда в глазах разной степени серости-синевы появилась осознанность, повторила уже звучавшее:
– Давайте всё-таки договоримся?
Оболтусы благородных кровей вздохнули и сложили руки на груди. Получилось настолько дружно, настолько синхронно, что я невольно улыбнулась, но… нет, решимости не утратила.
– Мне очень приятно ваше внимание, и я ужасно рада, что вам весело, но я предлагаю остановиться.
– В каком смысле «остановиться»? – спросил Идгард вкрадчиво.
– Во всех, – выдохнула я.
Братья снова замерли, а я расправила плечи и пояснила:
– Вы просто оставите меня в покое. Отстанете раз и навсегда.
Теперь блондины переглянулись, и выражения их лиц положительного ответа не предвещали. Только мне было чуточку безразлично…
– Игра затянулась, вам не кажется?
Четвёрка одарила скептическими взглядами, только я осталась непреклонна.
Гордо задрав подбородок, шагнула навстречу столпившейся у проёма компании, заставляя отпрысков благородного семейства расступиться и пропустить.
Ну а миновав этот небольшой затор, указала на дверь и напомнила строго:
– Выход там.
– Нет. Ну это совсем нечестно, – заявил Осберт.
Я не ответила. Молча направилась к мольберту.
