– Нет-нет, – заверил старый лис. – Всё в порядке.
Леди Элва тоже не выдержала, выдохнула практически с мольбой:
– Вы только закон не нарушайте.
Лорд Джисперт от столь бестактного намёка аж подавился, а маркиза сразу потупилась и притворилась, будто вообще ничего не говорила.
Через пару дней трио в составе Осберта, Селвина и Тунора благополучно нас покинуло. Все трое сослались на то, что их рабочие будни начнутся раньше окончания каникул, но было очевидно – главная причина в другом.
Ведь развлекаться за счёт парочки фиктивных возлюбленных уже не получалось, а подтрунивать лично над гостьей запретили.
Неудивительно, что великовозрастные оболтусы изнывали от скуки. Ну и как тут не сбежать?
Зато Идгард, как и обещал, остался. Он по-прежнему не пытался искать встреч и в мою комнату в ночи уже не заваливался. Я такому положению очень радовалась и одновременно злилась на себя за то, что сердце замирало от одной только мысли о нем."
"Вторым поводом злиться были многочисленные эскизы его портретов.
Я не хотела рисовать Идгарда! Но каждый вечер, очутившись в комнате, раскрывала папку и…
Идгард анфас, Идгард в профиль, Идгард вполоборота… Идгард хмурится, Идгард улыбается, Идгард ехидничает… Идгард…
В общем, лучше бы потратила это время на интерьеры! Или на зарисовку старинных узоров, отраженных в лепнине. Их, в отличие от карандашных портретов мага, можно приобщить к моему «алиби» и продемонстрировать Ламее.
Нет, понятно, что Ид обязательно спасёт от излишне агрессивных коллег, то есть алиби теперь вряд ли понадобится, но всё равно.
Оставшиеся две недели каникул пролетели, словно миг, а отъезд получился довольно слезливым. Первой расклеилась леди Элва, до которой наконец дошло, что «девочка не останется», а за ней уже я…
Я сама не плакала, но носом шмыгала весьма активно – оказалось, за это время очень привыкла к семейству тес Вирион и расставаться было действительно сложно. Ещё большую печаль вызывало понимание – это было в первый и последний раз.
Впредь мы не увидимся, разве что мельком.
Мужчины, включая лорда Джисперта и лорда Стина, реагировали гораздо спокойней, а его светлость даже сказал на прощание:
– Айрин, приезжай просто так, без Вирджика. Мы будем рады.
Я ответила на вежливость герцога не менее вежливым кивком и направилась к мобилю. Весь багаж был уже загружен, а единственный предмет, который не пожелала упаковать и несла в руках, – помещённый под стеклянный купол азанарис.
