Мне после твоего звонка так страшно стало. И такая беспомощность, безысходность охватила вдруг… Как тогда, когда ты ушел перед грозой. Ощущение, что, как ни старайся, я ничего изменить не смогу. Не хватит моих сил и желания. Только хуже сделаю. Что моя вина в этом…
— В чем, Зоряна?.. — он почти не дышал, обнимая ее слишком крепко.
— Не знаю, — пожала она плечами, даже не вздрогнув. И вдруг замерла, как заиндевела в его руках. А после медленно-медленно подняла лицо, запрокинув голову, и пораженно уставилась на Захара.
— Меня так мама называла. Только она. Я помню, Захар! Помню! — вдруг выдохнула с радостью. И улыбнулась наконец-то! — А остальные — Яна. Говорили, что то — плохое имя, языческое, грязное…
Глава 17
Прошу обратить внимание, что с этой главы и еще пару следующих глав, события романа будут разворачиваться ВО СНЕ, а там, как мы все понимаем, иные законы реальности;-) чтобы Зоряна смогла все вспомнить)))
«Хто я тут і звідки?
Де коріння моє?
Хтось надсилає мітки,
Куди піти, знайти себе?
Я дякую сьогодні
за тіло, душу, їм’я.
Рано чи піздно,
колись дійде все до кінця…»
«Знаєш, як болить» Lama
Параска верно сказала, как ни крутился, не выходило дом Гризли рассмотреть. Чертовщина прям какая-то. Вроде и стоит на горе сейчас Корниенко, и на виду дом должен быть, и вокруг поляна открытая, а невозможно ниоткуда рассмотреть. Как раз из-за этой дурацкой поляны! Не попрешься же напрямую, чтоб заметили. И ведь, сто пудов, специально так все обустроили и сделали, косолапые, ***!
Корниенко и с одной стороны пробовал, и с другой, и по кругу обошел, убил полдня, уже вечереть начало, а еще возвращаться в село.
Нет, темноты он не боялся, сам был пострашнее монстров, которыми бабки детей по вечерам пугали. Но хотелось хоть какой-то информации! Пока же все, что удалось изучить, это мост через реку, да статую какую-то кусками. Не совсем понятно, животное какое-то из дерева вырезанное как будто. Корниенко так подозревал, что это медведь, учитывая историю семьи Захара. Но толком и это не мог рассмотреть за раскидистыми ветвями деревьев, которые словно бы дом прятали.
Хотя, конечно, загвоздка крылась в том, что и сам Жека не желал покидать их гостеприимное убежище, чтобы не спалиться.
Еще заметил пса… Аж мат с языка сорвался, когда этого мастифа увидел. Ведь из военного питомника, наверняка. И тут Гризли подмазался, вечно любимчиком у командования ходил. Вон, и на гражданку ему такой подарок сделали, а не туранули с позором, как Корниенко.
