Записал, отправил сообщение, и они все, рассевшись по машинам, на случай, если придется разделяться, медленно поехали по улице, заново соседей расспрашивая.
Михаил был прав: все вокруг видели авто и мужчин, одного четче, другого только за рулем. У некоторых эти двое останавливались и спрашивали дорогу к дому проводника. Но, куда запропастились они после разговора с Михой, не мог четко ответить никто.
— Видел, — кивая головой так, что Захар начал беспокоиться, как бы та не отвалилась, рассказывал дедок, живущий через три дома от Михаила.
— Джип этот, не наш, ни у кого из наших вроде такого не было. Я, значит, почему заметил-то, они как раз перед моим двором тормозили зачем-то. Потому и пошел с огорода, что за домом, — дед махнул рукой в гору, где на холме за его хатой и правда огород проглядывал. — Не понял, что и кому от меня нужно-то. Но они не выходили даже, только говорили с кем-то, кажись. Не увидел, звиняй, Захара, глаза уже не те, а там к ним с другого боку подскочил кто-то. Ну и сел потом в машину эту, и они уехали еще до того, как я до угла дома дошел.
Куда — не знаю, — дедок развел руками. Те тряслись не меньше головы.
— Спасибо, дядя Петя, и на этом. И так нам больше других рассказали, — искренне поблагодарил он одного из старожилов села.
Но больше ничего не успел добавить. У Артема пиликнул телефон, друг кивком головы извинился и отошел. Но не прошло и пары секунд, как вдруг ругнулся, причем так, как и не слышал Захар, чтоб Сармат ругался после свадьбы.
Взмахом руки еще раз поблагодарив старика, подскочил к другу:
— Что случилось? — почему-то ощутив нехороший привкус, как тяжесть вони падали в воздухе, поинтересовался у помрачневшего Артема, что-то разглядывающего в телефоне.
Подошел и Михаил, говоривший до этого с другим соседом, живущим напротив дяди Пети.
— Какого черта он тут делает?! — выделив это «он», точно матерное слово, сквозь зубы процедил Сармат и повернул к Захару экран смартфона с фото водительских прав владельца авто, которое Михаил запомнил.
Книгу читать категорически не выходило! Лэля и так пыталась, и эдак: и клубочком сворачивалась, и пледом накрывалась, вслушиваясь в мерное потрескивание очага, и ноги на спинку дивана закидывала, и по-турецки садилась… Ничего не помогало сосредоточиться на тексте и вникнуть в смысл хоть пары строчек подряд! Ну что за напасть?!
Блуд за этим ее ворчанием наблюдал стоически и немного насмешливо, то и дело приподнимая голову и изучая обстановку.
