– У тебя вообще нет сострадания?! – рыкнул он, шагнув ко мне. – Я не позволю играть собой, довольно! Ты мне всю душу вынула, гадина! Хватит! С этой минуты ты свободна! Живи, с кем хочешь, мне плевать!
Резко развернувшись, он замер. И я тоже, когда увидела малышку Лили, которая хлопала сонными глазенками, глядя на нас.
– Почему вы кричите? – тихо спросила она.
– Малышка, мы просто… – начала я, шагнув к ней, но Туанар подхватил девочку на руки и обжег меня неприязненным взглядом.
– Вы поссорились? – продолжила кроха.
– Немного, детка, – ласково проворковал ее отец. – Но это взрослые дела, не думай об этом.
– Спокойных снов, Мия, – процедил Туанар. – Лили я уложу сам.
– Спокойных снов, – пробормотала я, кутаясь в халат из-за дрожи, которая сотрясала тело.
– Идем, малышка, пора баиньки, – он зашагал к детской.
– Мама, – она помахала мне ручкой и посмотрела на него. – Папа, что такое мудятел?
Я не расслышала ответ. Да и не до смеха было. На дрожащих ногах вернувшись в комнату, с ненавистью уставилась на злополучное кольцо.
Откуда оно вдруг всплыло, оказавшись в самый неподходящий момент на столике в моей комнате?! Кто его сюда положил?!
Прорычала проклятия, села на кровать и захлебнулась слезами. Что мне теперь делать?..
***"
"Фууу. Солнце. Да ну на фиг! Я накрылась одеялом. Идите все на три буквы. Выбирайте любые из алфавита – этого мира или любого другого, и шлепайте туда дружно! Только меня оставьте в покое. Ведьма в тоске и печали.
Скрипнула дверь. Похоже, мне не дадут спокойно пострадать. Нет, ну правда, ведьме тоже нужно время, чтобы поколдовать над разбитым сердцем, склеить его, вымести осколки и прочую пыль, и начать все с начала. Этот путь неизменен у любой женщины, в любом мире.
– Не буди ее! – услышала я шепот Дарта.
– Почему? Ведь уже полдень! – а это голосок Лили.
– Мама заболела, раз спит до обеда, – наставительно произнес наш маленький мужичок.
Какое рассудительное солнышко выросло, умилилась я.
Это точно не в папу! Думаю, и в этом мире, и на земле мужчины постарше обычно шлепают по заднице и говорят: «Ты чего это, мать, оборзела совсем, барыня, до полудня дрыхнуть!».
– Но там Тимми! – в тоне Лили я почувствовала слезы.
– Я не сплю, террористы малолетние, – сдалась, скинув одеяло и морщась от лучей солнца, хлещущих по щекам.
– Мамочка, ты заболела? – от заботы этой крохи на душе потеплело. – Нет? – она хмыкнула, сморщив носик.
