– Нет, а что? – спросила я осторожно, потому что из-под Вариной двери до меня донеслись звуки песни «Hello Kitty», а значит, времени на то, чтобы занять ванную, осталось совсем мало.
– У него вечерняя экскурсия? – спросила бабуля, не понимая и не разделяя моего беспокойства. – А какая? Не «Вечерние огни старинной Москвы»?
– Я не знаю, – нахмурилась я. – Спросите у него.
– Я хочу поехать еще раз на эту экскурсию, – продолжила не торопясь бабуля. – Она мне очень понравилась. Ты была на ней?
– Я была на всех его экскурсиях, – бросила я, а в голосе против моей воли зазвучало раздражение.
Варвара открыла дверь и появилась в проеме – в своей пижамке с Микки-Маусом и длинными спутанными волосами, разлетевшимися по плечам. Поздно! Опять опоздала!
– А я бы и пять раз прокатилась. Красиво – страсть, все эти особнячки. У нас в Мурманске тоже есть красивые улицы! – добавила Алевтина Ильинична, почему-то обиженным голосом и почему-то не мне, а Варваре.
– Ага, – хмуро кивнула она, надвигаясь на меня, как цунами.
– А ты, Варюша, не хочешь поехать с папой на вечернюю экскурсию? – спросила Алевтина Ильинична. Наивный человек! Да Варька была на каждой экскурсии трижды, пока однажды она сама не начала декламировать текст про историю улиц Москвы, пародируя голос экскурсовода. Только после этого папа отстал от нее, признав, что теперь, кроме зарплаты, от его работы нет никакого побочного эффекта.
– Я? – вытаращилась дочь. – С папой на автобусе таскаться? Опять? Ни за что! Мам, дай пройти.
Я вздохнула и посторонилась. Надо будет мне на кухне еще и кремы поставить, и дополнительную расческу. А пока я прошла в кухню и склонилась над раковиной, тщательно вычищая зубы своей старой щеткой.
– На тебя-то делать яичницу? – спросила бабуля, а по кухне полетел тонкий запах жареного бекона. Сейчас, сейчас он разбудит Гришку лучше всякого будильника.
– Не, я лучше кашку, – покачала головой я.
– Сварить? – тут же отозвалась она. Я в испуге покачала головой. Мои кашки были запакованы в одноразовые пакетики.
Залила молоком – и все готово. Если повезет, можно накромсать туда бананчик, и вообще получится красота. Одного было нельзя отнять у свекрови, она всегда и для всех была готова убирать, стирать и готовить. Если бы ее попросили, она бы стряпала четыре разных завтрака. Один для меня, один для Гриши, и еще два – для Вари, чтобы у нее был выбор. Еще не хватало, чтобы бабушка у нас в Золушку превратилась!
– Сама, – я прополоскала рот.
