– Все отлично. Настроение боевое, – пробормотала я. – А ты как?
– А я… Слушай, я хотел заехать на строительный рынок. Хочу сделать кроватку сам, а то сейчас продают черт-те чего, неизвестно из каких материалов делают и какими лаками покрывают. Поедешь со мной?
– Вообще-то это и мой ребенок, – возмутилась Варя. – Я тоже хочу поехать, выберу цвет.
– Ты давай к экзаменам готовься, – строго сказал Гришка, а его рука забралась уже в совсем неприличное место. – А то провалишь ГИА, опозоришь нас с матерью.
– И с ребенком! – добавила я, прикусив губу, чтобы снять напряжение.
– Ребенку тоже нужна мать-отличница.
– Господи, родители, вы с ума сошли? – закатила глаза Варя. – Сдам я ваш экзамен, сдам. А кроватку я хочу светлую.
– Будет исполнено, – радостно кивнул Гришка и, ох, наконец, убрал руку.
Я глупо улыбнулась и подумала о том, что наверняка это не конец. И вечером последует вторая серия. Или, скорее, двести двадцать вторая. Что-то поменялось, что-то страшное, опасное и злое вдруг покинуло наш дом и сердце моего мужа.
Я чувствовала это, поняла по выражению его лица, когда его бывшие коллеги позвонили, приглашая его на ежегодную встречу в ресторане, а он не побледнел, не отказался, не сжал зубы и кулаки и не замкнулся в себе на неделю или даже месяц.
Он впервые согласился.
– Конечно, приеду! – улыбнулся Гриша. – Слушай, а ты бы привез детей к нам, у нас такие хорошие туры по Москве. Как раз для школьников. Ага. Конечно, бесплатно. Я ж там, считай, главный! Отлично, записывай адрес. Только пусть мне предварительно позвонят, я за ними места закреплю.
"
"Я слушала их разговор и не могла поверить своим ушам. Интересное кино! Все это время после его увольнения я, значит, прыгала, как дрессированный тигр через огненное кольцо, чтобы привести моего мужа в чувство. Чего я только ни делала, все без толку. Смотрел волком, читал газету и вел себя как чурбан бесчувственный. Значит, чтобы победить мужскую депрессию, надо что… создать ему проблем?
Получается, так?
– Господи, она что, правда беременна? – вытаращилась на меня Людмила, только вернувшаяся из своего тура из Турции.
– Как это так? Ей же… сколько ей?
– Пятнадцать, – кивнула я, радуясь тому, что Людмила вернулась, и мне, во-первых, не будет так тяжело работать. Одна касса – это явно недостаточно по нынешним меркам, даже если ты работаешь в небольшом отделении банка. А во-вторых, не будет так скучно.
– Это ж какой класс она заканчивает?
– Я ж тебе говорила про ГИА! – возмутилась я.
