«Отдать ее на верную смерть…»
– У тебя есть шанс все исправить! Не медли… найди ее! – вскрикнула девушка, отрываясь от его губ и касаясь их кончиком пальца. Будто запечатывая их так плотно, что Юлиан не мог проговорить ни слова. Лишь смотреть в глаза Элеоноры, понимая с ужасом, что начинает путать девушек. Жену и… эту девушку с Земли.
– У вас… Глаза одинаковые! – вдруг выдохнул Юлиан прямо в ее нежные губы, и впился в них поцелуем уже сам. Горячем, сумасшедшем, неудержимом. Сминая ее губы, как розовые лепестки, вспоминая почему-то уже не девушку с Земли, а ту, единственную, с которой его повенчали…
«Какая она единственная?! У вас брак по расчету! Вынужденный… Тебе от нее нужно только одно – артефакт.
И сдать с рук на руки императору…»
Юлиан понимал, что так было до этого. Ровно до того момента, как он переступил зыбкую грань и упал из реальности в этот сладкий, слегка тошнотворный морок. Болото парило, а девушка в его руках начала плавиться. Таять. Неуловимо изменяться. Ее фигура стала более женственной и округлой, наряд стал точной копией того, в чем Элеонору положили в лодку во время ритуала.
Его пальцы сами собой запутались в длинных волосах оттенка меда и первых солнечных лучей над горизонтом. Когда ресницы девушки затрепетали и взметнулись вверх, Юлиан понял, заглянув в золотисто-карие глаза, что держит в руках уже… свою жену. Живую. Целую и невредимую.
– Отпусти меня! – вдруг завизжала Элеонора, и во взгляде появилось осмысленное выражение.
Она с силой оттолкнула Юлиана, вырываясь из его объятий, и рванулась бежать. Вперед, спотыкаясь о коряги, подальше от болот, не оглядываясь.
– Вот черт! – выругался Юлиан, понимая, что чересчур расслабился.
Еще не хватало ему второй раз потерять Элеонору! Или не успеть перехватить ее перед тем, как она полезет в болото. Или ее сожрет какая-то неведомая тварь похуже мантикор. Юлиан бросился за Элеонорой и благодаря своей физической силе быстро догнал девушку.
Она застыла посреди лесной поляны, как сомнамбула, покачиваясь из стороны в сторону, прижимая ладони к ушам. Вокруг сильнее сгустилась темнота.
– Нет, хватит… – чуть не плакала Элеонора. – Я хочу жить!
Юлиан бегло перехватил ее остановившийся взгляд, понимая, что жена не видит его сейчас. Он вспомнил те тени, что повисли на ветвях деревьев, вспомнил, как с силой сжимал артефакт шамана… только тогда тени отступали. А у Элеоноры не было артефакта.
