– Просто у моей мамы – паранойя насчет мужчин, – вздохнула я. – С тех пор, как у меня сорвалась первая свадьба. Нечего драконить лишний раз.
Мое первое замужество сорвалось, как только парень (теперь уже благополучно бывший) узнал, что я не могу иметь детей. Мне пришлось попасть в другой мир, чтобы исправить это и обрести счастье. В лице Юлиана и малютки Энни.
– Зато ты драконишь меня. И слишком много говоришь, – он с нажимом обвел пальцем контур моих губ.
– Еще одно слово, Эль, и я открою портал обратно в Литорию. Прямиком в спальню. И не выпущу тебя оттуда все эти выходные. Даже, когда ты выбьешься из сил и…
Юлиан приблизился ко мне так, что каждое слово прошлось вибрацией по коже. Я подалась вперед, и ресницы задрожали. Наши губы почти соприкоснулись, но тут наверху раздался шум. Мы отпрянули друг от друга, бросаясь к лестнице.
– Черт! Ее и на две минуты нельзя оставлять одну! – в сердцах бросила я.
– Энни?
– Маму!
Мы оказались на пороге детской одновременно.
В тот самый момент, когда ярко-зеленая воронка портала начала закрываться. В ней скрылся размытый силуэт в темном плаще, унося нашу дочь.
– Мама! – тонкий голосок Энни полоснул по самому сердцу.
– Нет!
Юлиан рванулся следом. Я попыталась выбросить магическую нить, чтобы задержать незнакомца. Портал затрещал тонкими молниями, окончательно захлопываясь. Юлиан бросился на то место, где он только что парил, и взгляд зеленых глаз лихорадочно метнулся по сторонам.
А я заметила маму. Привалившуюся к стене. Черные кудри разметались по плечам, а на лице с сомкнутыми веками застыло отстраненное выражение. Кожа побледнела.
Всхлипнув, я упала рядом с ней на колени.
– Мама! Мама, очнись! – я затрясла ее за плечи. – Черт, не нужно было возвращаться! Это все я! Я во всем виновата!
Меня начинала накрывать истерика. Дыхание срывалось, а с ресниц слетали слезы.
Юлиан оказался позади бесшумно, как хищник. Он рывком ухватил меня за плечи.
Похоже, я попыталась вырваться.
Просто на эмоциях. Он развернул к себе так резко, что показалось, вот-вот отвесит отрезвляющую пощечину. Как минимум, чтобы я начала нормально дышать, а не дрожать всем телом, хватая воздух, как выброшенная на берег рыба.
Юлиан прикрыл глаза, пряча строгий и грозный взгляд. Ноздри затрепетали от рваного злого выдоха. Ни слова. Ничего. Меня просто отодвинули в сторону, как безвольную куклу. А Юлиан присел на корточки рядом с моей матерью.
