Он же дело читал и знал, где Смирнов живет и работает, вот и караулил. Сюда только ночевать и приезжал. Все жаловался, что к тому никакого подхода нет.
– Что ж он пистолет не купил? Дешево и сердито. Уж на него-то вы ему деньги могли одолжить, – недобрым голосом спросила я.
– Женька хотел, чтобы он так же мучился, как он сам на зоне, – опустив глаза, тихо ответила она.
– Да колись уж ты до конца, гнида! – саданул кулаком по столу Банзай.
– В общем, видел он, как Смирнов тогда из дома выбежал, только пока на машине развернулся и за ним поехал, догнать уже не смог.
Но он видел, что тот на Некрасова машину поймал и в сторону «Мельницы» поехал, а у Женьки с Московской левый поворот запрещен, да и гаишник стоял.
Я понимающе кивнула – это был застроенный хрущевками микрорайон вокруг бывшего мельзавода на рабочей окраине города на берегу Волги, потому и назывался «Мельницей», а бандерша продолжала:
– Вернулся он тогда сюда и сказал, что будет этот район планомерно прочесывать, пока не найдет.
Вот вчера и нашел, а что он с ним сделал, не знаю.
– Ах ты паскуда! – почти ласково сказал Сомов. – Сюда ведь к тебе люди с фотографией Смирнова приезжали, спрашивали, появлялся ли, просили сообщить, если вдруг почему-то появится или еще чего о нем узнаешь, а ты? Ты что ж, его на фотке не узнала? А ведь на суде наверняка была. Да и фамилию со всем прочим тебе называли, и, как был одет, описали… Не могла ты не понять, о ком речь идет! И что же ты себе думала? Что такие фокусы тебе с рук сойдут? Все шито-крыто будет?"
"Бандерша затравленно молчала и изо всех сил вжималась в стену.
– Ты Назарову, гниде этой, сказала, что мы, – выделил Сомов, – Смирнова ищем? Сказала?
Она мелко-мелко покивала и промямлила:
– Да! А он рассмеялся и ответил, что он его раньше найдет. – Тут она, не выдержав, рухнула на колени и поползла к Сомову. – Ну простите меня, дуру! Не подумала я тогда, что так получится. Женьку мне жалко было, переживал он очень… Да и я тогда из-за покойника большие деньги потеряла, у меня же на девку ту уже заказ был, и деньги я взяла.
– Заткнись! – заорал Банзай и с размаху врезал ей ногой по спине, отчего она рухнула лицом в пол прямо в ноги Сомову. – Если бы ты, сволочь, в понедельник только заикнулась о том, что твой пидор гнойный Смирнова ищет, мы бы из него душу вытрясли! Он бы нам тогда сказал, куда тот пошел! Да мы бы тогда его сами нашли и ей отдали! – он ткнул пальцем в мою сторону.
