– Что было в ваших планах до того, как я потеряла память? Уверена, что побыстрее сделать мне ребенка и вернуться к делам и наложницам.
По его лицу я поняла, что мои слова попали в цель. Э нет, дорогой, желание у меня к тебе пропало, так что можешь идти лесом. Видно, моё поведение пришлось ему по душе больше, чем прежней скромницы, и он уже раскатал губу на горячую жену в постели. Накось выкуси!"
"– Обещаю, в брачную ночь сопротивляться не буду и с достоинством вытерплю процесс оплодотворения, – пообещала ему, а его аж перекосило, но я еще не угомонилась.
– Или насильников больше возбуждает сопротивление?
– Рия!
– Ауэрия! – опять поправила я. – Ладно, не важно, по ходу решим, что делать, чтобы сам процесс прошел быстрее. Но ничего, я потерплю. Как оказалось, я способна вытерпеть очень неприятные вещи. – Про себя я, конечно, надеялась, что к этому времени меня уже здесь не будет.
Мы уставились друг на друга. Похоже, он не знал, что со мной делать и как себя вести. Мужика, в общем, понять можно. Подозреваю, женщины у него до этого были попокладистее.
Тут как назло у меня заурчало в животе. Сразу вспомнился сорвавшийся ужин.
– Вот надо было вам мне это омовение подсовывать? – спросила я.
– Ты понимаешь, что уронила мою честь и достоинство перед моими же людьми? – нахмурился он.
– А я думала, что уронила чашу с водой, извините, впредь буду относиться к ней со всем уважением и трепетом.
– Почему у меня огромное желание тебя отшлёпать?
– Действительно, почему?
Он вздохнул и поднялся. Вызвав слугу, Шерридан приказал подать ужин в покои.
Интересно, меня кормить будут или оставят голодной в наказание?
Глава 4
– Ну, давай же, – уговаривали меня, – смотри какой аппетитный кусочек.
Я упрямилась и есть не спешила. Он невыносим!
Когда слуги накрыли на стол, то он попросил убрать столовые приборы! Слуги удалились, бросив напоследок любопытные взгляды, и он стал снимать мокрую рубашку. Как только он перехватил мой взгляд, то делать это стал более неспешно и лениво, красуясь. Вот где он вчера был, спрашивается? Сегодня это захватывающее зрелище уже не актуально.
Одеваться он не стал, оставшись с голым торсом. К моей досаде, против воли мой взгляд все чаще упирался в него, и я не знала, куда девать глаза. Потом плюнула и уж если мне это демонстрируют, то стала смотреть. Взгляд скользил по литым мускулам и моё спокойствие дрогнуло, хотя я всеми силами старалась не показать ему этого.
Странно, но к столу он меня пригласил, значит, голодом морить не планировал.
