Джемма постаралась сосредоточиться на его лице – какие-то детали проявлялись ярко, как в фокусе фотоаппарата, но стоило чуть отвести от них объектив, как они тут же расплывались, будто кто-то резво размазывал их блюром. Но вот одно Джемма понимала четко.
– Я сплю, – сказала она в тишину ночи.
Вокруг в темноте возвышались стены Фогарти-Мэнор, где она и засыпала. Огонь горел и трещал так же ровно, ветер облизывал дом, забирался в щели и негромко гудел. Купер сидел перед Джеммой на стопке кирпичей, где в последний раз сидел Норман.
Длинное серое пальто, глаженый воротничок рубашки, темные, аккуратно уложенные волосы. Точно такой же, как на фотографии… Где Джемма видела его фотографию?
– В моем досье, – сказал Купер. – Вы видели мою фотографию в моем досье, Роген. Вам дали мое дело, когда я пропал.
Воспоминания о реальном теперь находились под толщей мутной воды: пустая сгоревшая комната, указатель с парящей птицей, Норман с кочергой – Джемма хваталась за эти мысли, пытаясь вытащить их из головы. Получалось мучительно.
Она прикрыла глаза, стиснула пальцы в замок и уперлась в него лбом, словно это помогало ей удерживать воспоминания на поверхности.
Указатель. Фогарти-Мэнор. Норман. Досье. Дорога в лесу. Машина. Ирландия.
– Да, все верно. – Голос Купера, обычно сухой и резкий, сейчас звучал почти успокаивающе. – Постарайтесь сосредоточиться. Потом будет легче.
– Ни хрена меня это не утешает, – морщась, пробормотала Джемма. Подняв голову, она огляделась. – Что это еще за чертово зазеркалье? Как мы тут…
Вспомнив, она вскинула руку к своей шее.
Золотой амулет был там, поверх куртки, тяжелый и прохладный, словно совсем реальный. Джемма перевела взгляд на Купера.
– Это ведь сон, – сказал он, приподнимая висящую на его шее цепочку. На ней закачался, словно маятник, амулет. Точно такой же. – Здесь все не по-настоящему. Он нужен для того, чтобы укреплять связь. Так я могу общаться с вами. Не снимайте его. Вы видели записи?
– Какие записи? – спросила она, не отрывая взгляда от бликующего золота в его руке.
Это заставило Купера нахмуриться, он отпустил цепочку и запахнул пальто, а затем наклонился и сказал:
– Роген. Записи. Вы должны вспомнить.
– Я должна… Записи… Черт, – она потерла висок, – да, да. Мы нашли… мы ищем… Мы ищем вас. – Она зацепилась за нужное воспоминание, и то начало раскручиваться, как клубок, становясь яснее. – Мы ищем тебя и Суини. Мы приехали сюда, потому что… Ты поехал за ним. – Джемма вцепилась в эту мысль, не давая ей раствориться.
