Чья-то холодная ладонь легла ей на глаза, спрятав от нее то, что она не должна была видеть.
Когда рука исчезла, Джемме снова стало двадцать восемь, а Фогарти-Мэнор опять приветствовал ее скрипом старого прогнившего дома. Дождь прекратился."
"Джемма развернулась и чуть не столкнулась нос к носу с Купером. Его лицо отозвалось внутри как нечто знакомое, нечто – почти – долгожданное.
Джемма проморгалась, и, когда свет от вечного костра в холле Махоуни-Мэнор перестал слепить, оказалось, что это знакомое и долгожданное лицо было полно злости.
– Это должно было быть твоим воспоминанием! Не моим.
О, да иди ты к черту. Как будто она могла это контролировать.
– Держись своего сознания, Роген! Оставайся внутри своей собственной головы.
У этого парня не в порядке с нервами. Не то чтобы Джемма думала об этом впервые; просто срывы со сдержанных, вежливых интонаций на эмоциональные выкрики уже порядком ее достали. Купер – ее достал. Нужно спасти этого пацана и надрать ему зад, чтобы Купер больше не доставлял ей проблем.
– И не лезть в твою? – хмыкнула Джемма. – Как мило. Я думала, у нас теперь все общее.
Купер раздраженно прошел мимо нее и костра, в тень, которая никогда не уходила из этого холла, и уставился в окно между заколоченных досок. Конечно, ничего там не было – только туман. За пределами комнаты мира вообще не существовало, и они оба это знали.
Он просто пытался успокоиться, чтобы она снова не залезла ему в голову.
Не нашла его секреты.
Джемма ничего не сказала, только повернулась к костру – и ее лицо опалило жаром.
Лишь прикрывшись от него рукой, Джемма заметила, что рядом с дырой в полу, где было устроено кострище, валяется что-то белое. Прямоугольное. Сложенный лист бумаги?
Она подошла ближе, чувствуя, как в куртке и свитере становится жарко.
Это был не лист бумаги, а перевернутая лицом вниз фотография. На обороте виднелась дата, но Джемма даже не вглядывалась: она отлично знала этот почерк. И знала, что там, на той стороне листа.
Прежде чем наклониться, она пнула фото мыском кроссовка и досадливо пробормотала:
– А может, я ненавижу собственную голову.
Джемма многое сделала для того, чтобы больше никогда не возвращаться к этой фотографии. Конечно же, ничего удивительного, что здесь, в собственной голове, Джемму ждала именно она.
– Сейчас вам нужно сосредоточиться на том, чтобы найти путь вниз, – наконец перестал изображать изваяния Купер и повернулся к ней. – Роген, пожалуйста.
