Остается только повесить вымпел «Добро пожаловать и умри». – Она обернулась к остальным: – Ну, что смотрите-то? Вперед!
Тропинка вилась под ногами между обшарпанных, но вполне реальных домов: каменные фундаменты и деревянные, толковые стены с глазами-окнами в рамах с наличниками. Глаза эти Нормана пугали – смотрели темно, выжидающе. Интерьера внутри было не разглядеть, но и снаружи хватало над чем подумать: деревня смахивала на крошечный вариант Кэрсинора, не отягощенный интернетом и городской канализацией.
Типичная ирландская застройка, отставшая от времени.
– Здесь все такое… нормальное, – пробормотал Доу, прищуриваясь на пустые окна сквозь сигаретный дым.
Кэл с радостью с ним согласился:
– Именно это и подозрительно.
– Что, – хмыкнула Джемма, – размышляешь, не прикопали ли они где-то здесь Лору Палмер?
На улице, через которую они вошли в деревню, было пусто. В глубине, за ладным частоколом, разговаривали – слышна была ирландская речь, где-то скрипнула дверь, далеко разносился назойливый лай собаки.
Из второго дома, мимо которого они прошли, выглянула вихрастая голова ребенка, удивленно вылупилась на них и скрылась в глубине ветхого застекленного крыльца.
– Ну же, – пробормотала Джемма. – Какая-то подозрительная шпана на ваших улицах, а вы последний раз гостей видели дай бог еще при королеве Виктории…
Норман не успел приятно удивиться, – Джемма не выглядела как человек, получавший отлично на уроках истории, – как ее желание исполнилось: хлопнула дверь и из соседнего дома на крыльцо вышла женщина – сутулая, в домашнем плаще.
Она хмуро оглядела их и громко, почти возмущенно спросила что-то на ирландском. Норман застопорился, но Джемма дернула за локоть Блайта и вопросительно кивнула на женщину.
– Она спрашивает, кто мы. – Тот помедлил, а затем добавил: – И как здесь оказались.
– Ответь ей, что мы проездом из Кэрсинора и что у нас сломалась машина. Ищем помощи. Спроси, не будет ли у них телефона позвонить.
Блайт перевел, но женщина только нахмурилась еще сильнее, разглядывая их.
Затем, не сказав ни слова, развернулась и скрылась в доме. Норман не стал даже надеяться, что она пошла за телефоном.
– Дружелюбие так и прет, – вздохнула ни капельки не удивленная Джемма. – Классика. Пошли дальше, когда-нибудь их заколебет наше праздное шатание и кто-то из них заговорит.
Норман в этом не сомневался: в этой желтой шапке и со своим ростом у Джеммы были все шансы завоевать внимание местных жителей.
