Кэл кивнул, тут же придавая лицу скорбное выражение.
– Она разбилась в аварии, не справилась с управлением… Ужасная история. И мы все выбрались в отпуск, чтобы, ну, знаешь, попутешествовать, помочь ему развеяться… – Джемма удрученно вздохнула. Такие вздохи всегда выходили у нее особенно хорошо. – Должны были встретиться здесь, а его и след простыл. На телефон не отвечает. Мы переживаем.
Парень оглядел их лица – Кэл траурно опустил уголки губ, Джемма вздохнула интенсивнее, – и, поколебавшись, сказал:
– Соболезную.
Вам нужно спросить на станции Гарды, она в двух улицах отсюда.
Гардой в Ирландии называлась полиция – это Джемма знала. Взаимодействие со службами правопорядка всегда стояло на первом месте в рейтинге «Самая Геморройная Часть Работы Агента Управления». Так что да – информацию о местных копах она полезла искать первым делом.
– Да, мы уже. – Джемма кивнула. – Спасибо, приятель.
Парень вздрогнул, когда Кэл принялся ссыпать ему в ладонь мелкие евро.
Так сильно, что, будь монеты серебряными, Джемма бы что-то заподозрила, – но нет, всего лишь медь, покрытая мельхиором. Тем более мальчишка был слишком симпатичным, чтобы всаживать ему кол в горло. Обидно бы вышло.
– Вы дали слишком много, – перебрав мелочь, пробормотал он.
– Это чаевые, – подмигнул ему Кэл. – За отзывчивость.
Когда они были уже у двери, парень перегнулся через стойку и спросил:
– Простите, а второй?
Джемма обернулась. В утреннем свете, среди деревянных панелей и вязаных салфеток, парень выглядел как со страниц рекламного буклета по интерьерному дизайну.
– Вы показали двух людей.
– О, это просто мой бойфренд. – Джемма легкомысленно махнула рукой. – Провинился и бегает от меня. Ищу вот по всей Ирландии. Счастливо!
– Бойфренд?
– За отзывчивость?
– Один – один, – согласился Кэл, но Джемма не собиралась останавливаться на ничьей:"
"– Шесть – один, потому что твоя чертова пробежка берет сразу пять баллов, Махелона. – Судя по лицу Кэла, досады на котором не отразилось, он и не надеялся, что она забыла.
– Ты вообще читал инструкцию по безопасности? Ну, ту самую, под которой ты каждый год ставишь подпись?
– О, вон Норман, – сказал он и пихнул ее локтем в солнечное сплетение. Джемма на секунду лишилась воздуха. – И ты сама в жизни ее не читала. В ней пятьсот страниц. Шесть – два. Норман, мы тут!
Норман действительно маячил в конце улицы, при выходе из гостиницы.
