Джемма молча выдернула рукав: она понимала этот страх, но, в отличие от Блайта, на этот раз поддаваться ему не собиралась.
Палец уверенно лег на спусковой крючок.
Впереди шуршала листва, что-то пряталось, что-то ожидало, – а значит, у Джеммы не было выбора.
Пора было разделаться с тварью, чем бы она ни была.
С этими мыслями Джемма подняла пистолет обеими руками – и двинулась вперед. Шаг. Еще один. Как тогда: просто двигай ногами. Иди и пристрели эту хрень, понятно?
И, слушаясь саму себя, Джемма сделала еще один шаг вперед.
А затем ее лицо сгорело.
– Ты это слышал? – Кэл вскинул голову."
"Краем глаза он заметил, что Доу дернулся, убирая руку от края очередной палатки. И раздраженно спросил:
– Что?
Кэл поднялся с колена и стремительно направился мимо кострища и палаток куда-то к правой части лагеря, на ходу бросая:
– Пошли. Кто-то кричал.
Это заставило Доу растерять всю свою раздражительность: он быстро нагнал его, сосредоточенный и тихий. Сумрачная кромка деревьев оставалась немой, но на этот раз Кэла вели отдаленные звуки, далеко разносящиеся в ночи.
Тишина теперь играла на руку: обычно в лесах было трудно ориентироваться по звуку, потому что беспрестанно стрекотали насекомые, шуршали заросли и ухали птицы, но в этом пустынном месте ничего не отвлекало от источника звука.
– Туда, – неожиданно указал фонарем Доу западнее, когда они забрались на холм. – Там кто-то есть. Я чувствую.
– Кого?
– Я тебе не экстрасенс, – огрызнулся он, принимаясь спускаться первым.
– Пока непонятно. Далеко.
Они спешно двигались между деревьев, ведомые обостренными, нечеловеческими чувствами Доу и чутким слухом Кэла. Звуки раздавались все ближе: кто-то бормотал, кто-то стонал, и черт возьми, если Кэл не узнает этот голос из тысячи.
Так и случилось.
– Что… – Доу запнулся, когда они раздвинули очередные заросли. – Что здесь, твою мать…
Джемма валялась на земле, прижимая руку к челюсти: сквозь ладонь струилось что-то черное в темноте.
То, что это кровь, Кэл понял сразу. Как и то, что на земле была именно Джемма – ему и секунды на узнавание не потребовалось, даже в темноте.
Блайт стоял на коленях, привалившись боком к какому-то стволу, и, кажется, выглядел гораздо менее живым, чем когда Кэл видел его в последний раз.
Но был здесь и третий человек.
У него было грязное, когда-то охровое пальто – горчичный цвет стал почти земляным, воротник был рваным, цвет шарфа не угадывался и вовсе.
