Она знала, что Блайта там нет, но должна была убедиться.
Голова сосредоточенно перебирала варианты, отметая невозможные.
Существовали редкие создания, способные к дефрагментации – полному материальному исчезновению, – но паразиты, относящиеся к виду энергетических вампиров, к ним не относились.
Перцептивное искажение – иллюзии, созданные для отвода глаз? Нет, даже невидимый, физически Блайт все еще стоял бы здесь..
Тогда что?
Темнота вокруг не давала никаких ответов. Только земля поскрипывала под ногами и шуршали ветки, когда Джемма задевала их плечом.
Фонарное пятно металось между скопищем веток, кустами и стволами, но каждый раз обнаруживало только пустоту. Его тут не было. Здесь никого не было.
Джемма остановилась.
Когда она перестала двигаться, то перестал раздаваться и шум, который она создавала при ходьбе. Стало тихо. Очень тихо. Джемма глубоко выдохнула, но почти не услышала собственного дыхания."
"Тишина – это отсутствие звука. Но здесь… Сейчас, в ночи… Казалось, будто тишина имеет собственный вес.
Она была такой объемной и плотной, что словно постепенно затекала в уши, заполняя голову изнутри. Джемме показалось, что даже если бы где-то далеко крикнул Норман, из-за этой тишины она бы его не услышала.
У Тишины этого леса был вес. Фактура.
У Тишины был звук.
И в этом звуке Джемма слышала…
Громкий треск помех разорвал полотно тишины так резко, что Джемма вздрогнула. Она сообразила одновременно с тем, как резко обернулась, – рация.
Черт. Рация ожила!
Сдернув ее с пояса, Джемма вытащила антенну.
Помехи перемежались с характерными сигналами, а светодиод мигал: кто-то пытался заговорить с ней на ее частоте.
– Кэл? О черт, Кэл! – Рация издала характерный «клик», а затем снова зашуршала помехами. Джемма зло встряхнула ее. – Да работай же ты, хреновина!
Словно послушавшись, помехи оборвались. Тихо потрескивая, динамик спросил знакомым голосом:
– А… Да, детка… – Речь Кэла немного съедалась шумом частот. – Слышишь меня?
Волна облегчения прокатилась вниз по позвоночнику.
Джемма глубоко набрала воздух в грудь – даже дышать стало легче – и зажала кнопку связи.
– Да, слышу! Прием. Почему рации заработали?
– …Е знаю. …Озможно, мы вышли… пределы радиуса зоны.
«Тогда она не такая уж и большая, может быть, около трех тысяч футов», – подумала Джемма, прикрепляя рацию к ремню от плечевой кобуры, чтобы не занимать руки. Мысль о том, что зона небольшая, тоже отозвалась облегчением: так Нормана легче найти.
И не только Нормана.
