Пашкевич подошел к дальнему угловому столику.
– Привет, Лара! Давно ждешь?
– Только что приехала. Я заказала нам кофе.
Илья наклонился, неловко чмокнул знакомую в гладкую персиковую щеку. Лариса не была писаной красавицей, ее скорее можно назвать привлекательной. Его ровесница, шатенка лет тридцати с небольшим, ухоженная, роста выше среднего, с недурственной фигурой. Одета в деловой брючный костюм темно-серой расцветки. Носит очки с притемненными линзами. Несколько портит общее впечатление тяжеловатый подбородок; он выдает в ней властную натуру, особу, обладающую твердым характером.
Кисти рук обтянуты тончайшими, телесного цвета, лайковыми перчатками – она и не подумала их снять. Впрочем, как и во все предыдущие разы, когда они встречались по схожему с нынешним поводу.
– Принес?
Илья опустился на стул напротив Ларисы, спиной к входу.
Расчехлил ноут, положил его на стол. Открыл, подсоединил usb flash – ту флешку, на которую записал «превью», надергав из чужой базы файлы.
– Я свою часть работы выполнил.
Сказав это, Пашкевич повернул лэптоп экраном к женщине, с которой у него когда-то был непродолжительный роман, к той, что сама впоследствии вышла на него с предложением подзаработать деньжат, воспользовавшись теми возможностями, которые открыты перед ним в силу самой специфики его работы.
– Можешь сама убедиться.
Молоденькая официантка принесла поднос с кофейным сервизом и сливочником.
На ее вопрос, будут ли господа что-то еще заказывать, Лариса отрицательно качнула головой. Пашкевич с некоторой задержкой повторил ее жест.
Ему хотелось как можно скорее получить обещанный гонорар и убраться отсюда восвояси. Официантка, не дождавшись заказа, направилась в другой конец зала, оставив их наедине.
Пока Лариса просматривала выборку, сделанную Пашкевичем, тот, откинувшись спиной на спинку стула, задумчиво смотрел в окно.
Или же только делал вид, что его интересует то, что происходит за окном, на Никитском бульваре."
"Еще не так давно здесь, кстати, было не протолкнуться. Как и в любом другом кафе или ресторанчике в районе Нового Арбата, куда заходили посовещаться или погреться за чашкой кофе, а то и выпить чего покрепче политически озабоченные граждане, все эти «революционеры» и «контрреволюционеры».
