Так что, я довольна.
— Иванна! — окликнули меня, а стоило мне оглянуться, как я оказалась схвачена в объятья и крепко прижата к груди. — Не ранена? — сжимая мои плечи пальцами, спросил капитан Далкейт.
— Я же училась у тебя. Разве могло быть иначе? — смутившись, решила я отшутиться, стараясь не думать о причинах его поведения и того, почему мое сердце пустилось вскачь, учитывая, что даже во время нападения я была абсолютно спокойна.
— Иванна, Ваше Высочество, — так же появился маркиз и капитан нехотя отстранился от меня, выпрямившись в присутствии старшего.
Маркиз окинул нас двоих тяжелым взглядом, но я все равно не смогла определить, одобрительным он был или же напротив. По крайней мере, в тот момент Норман не намеревался обсуждать это и перевел тему: — Рад видеть, что вы в целости, Ваше Высочество. Капитан, проводи принцессу к Его Величеству и гвардейцам.
— Так точно, — отозвался Бастиан, а после увел Дарию, которая нерешительно улыбнулась мне напоследок.
Маркиз наклонился, поднял валяющийся на полу электрошокер и внимательно его осмотрел.
— Это то, о чем я думаю?
— Возможно, — лукаво улыбнулась я.
— И почему же ты решила принести его именно сегодня? Неужели это всего лишь удача? — прищурился он."
"— Вам ли, отец, не значить, что я не обладаю выдающимися способностями в магии, — уклончиво заметила я. — Как бы я узнала, что он пригодится именно сегодня? Мне повезло.
— Вот как? — прищурился он, но в уголках губ вновь крылась улыбка. — Значит ли это, что ставка, которую ты сегодня сделала на тотализаторе, не выиграла? — задал он провокационный вопрос, который насторожил еще сильнее, ибо делать ставки считается противозаконной деятельностью и возбраняется даже среди аристократии.
И ведь прознал же!
— Не понимаю, о чем вы говорите, — попыталась я отмазаться, отводя страшные глаза и усиленно потея от волнения.
— Двадцать процентов.
— Что? — удивленно моргнула я, посмотрев на отца с интересом. Тот невозмутимо пояснил, со спокойным выражением лица:
— Двадцать процентов от выигрыша, и я притворюсь, что ничего не знаю, — сказал этот холодный и очень строгий на вид человек так невозмутимо и естественно, что я опешила и не смогла сдержать истерического смешка.
«Как же мне повезло с отцом в этом мире…»
— Для тебя хоть двадцать два, — в тон ему согласилась я, не без удовольствия отметив, что уголки его губ поднялись еще чуть выше. Самая широкая улыбка, которую я за ним помнила… Могу собой гордиться. — Отец… — позвала я, слегка помедлив.
