— Кулинарный, — ответил я.
Та поняла, что ей на уши вешают лапшу и раздраженно сказала:
— Всем присутствующим тут кулинарам штраф в десять очков, за нарушение порядка и шум после отбоя!
10 очков — это два полных обеда, с компотом и десертом. Все моментально приуныли, особенно, оправившаяся от нападения Яна.
— И что у вас тут за запах? Мари, ты опять взялась за старое?! Тебе дополнительный штраф в пять очков!
— За что? — взвизгнула та.
— За бездуховность!
— И проветрите помещение! — сказала она прежде, чем выйти.
После того, как воспитатель ушла, Яна, потирая шею, сказала мне, с благодарностью в голосе:
— Пиздеть, ты оказывается большая мастерица! За драку бы с нас пятьдесят очков сняли!
Когда страсти улеглись, я обнаружил, что не только про еду забыл и поплелся в туалет. Тут их, кстати, оказалось два на этаж. В каждом по пять умывальников, туалетных и душевых кабинок и одна ванна.
Справив нужду, вышел из кабинки и заметил стоящую, прислонившись к двери, со скрещенными на груди руками, Оксану.
Чего ей надо? Я ей что, чем-то не понравился?
— «Раихис мидхин», скажу, как старшая — младшей, а не из дружеских чувств, держись от Яны как можно дальше. Она пытается втереться к тебе в доверие, корысти ради! Она всей своей жалкой душонкой ненавидит таких как ты, богатеньких «плюшевых» принцессок. Так, что ее, якобы дружба, — это просто туфта! Пустишь — эту змею за пазуху, она обязательно укусит. И деньги свои прячь, как следует, и не давай ей в долг — не вернет! Найдет для этого тысячу причин.
Не знаю уж, где ты жила до этого, раз можешь позволить себе такие шмотки, вэм и видеофон, но это не то место, где стоит демонстрировать свой достаток. Большинство, хотя не все, конечно, в «особых классах» — прожжённые оторвы, которые, несмотря на свой юный возраст, пережили в своей жизни больше невзгод, чем многие взрослые за всю свою жизнь. И твои шикарные шмотки для них, что красная тряпка для быка. Тебя обязательно попытаются «нагреть» на деньги или шмотки, а не получится — будут чувствовать себя обманутыми и затаят на тебя злобу.
Открыто гадить тебе, скорее всего не станут, страшась сурового наказания, но все-равно, кровушки твоей попьют прилично.
— А Мари, — добавила она, — ничего плохого не делай, сама видишь, какая она, таких обижать — грех. Я все сказала, спокойной ночи.
Она развернулась и ушла.
Вот таким вот был мой первый день в Пансионе.
Глава 11
Ранним утром следующего дня.
«Под деревней Крюково погибает взвод».
