— А ты знаешь, как они у тебя появились?
— Не помню… но одна из пациенток Клиники рассказала мне… одну из версий, — сказал это я и взглянул на Марину, та отвела взгляд.
— И что ты думаешь по-поводу действий, которые привели к появлению у тебя шрамов?
— Каждый человек имеет право на глупость. Я свою совершила, оставшись при этом живой и расплатившись за нее частью своей памяти. Больше глупостей я делать не намерена. Как и вспоминать о ней. У меня есть более насущные темы для размышлений.
Женщины переглянулись.
— Например?
— Например, как мне изменить свою судьбу.
— Очень необычно для тринадцатилетней девушки размышлять о подобном.
— Мне через два дня будет четырнадцать, — улыбнулся я.
— Почему ты хочешь изменить судьбу? И откуда ты знаешь, что тебя ждет? Кто тебе об этом рассказал? Бог?
Я рассмеялся.
— Богиня. Моя бабушка.
Присутствующие улыбнулись моим словам.
— И что же она тебе сказала.
— А вот это уже секрет, — сказал я, — семейные дела. Извините, но я не могу «мести сор из избы».
— Ясно, — ответила психолог, — и какой же судьбы ты себе желаешь?
— Все просто, — ответил я, — я желаю быть счастливым человеком. И построить свой Дом.
— М-м-м, хорошее и понятное желание, — ответила она.
— Хорошо, поговорим о твоей жизни в школе. Как ты себе ее представляешь? — поинтересовалась у меня Нина Степановна.
— Никак не представляю. Чтобы я там себе не надумала, Вселенная найдет способ посмеяться надо мной. Уверенна лишь в том, что она будет веселой, а когда стану лучшей ученицей Пансиона, то все заиграет еще более яркими красками.
— А ты станешь? — спросила Марина.
— Вне всякого сомнения, — ответил ей я, улыбнувшись «до ушей», — у меня просто нет иного выхода.
Мы проговорили еще минут двадцать, психолог подводила меня к тому, чтобы я не сильно расстраивался, если прочие девочки из Пансиона будут избегать общения со мной. На что я ответил, что ожидаю подобного и меня это не расстроит, так как и без подружек мне будет, чем занять свое время.
Закончив на сегодня, меня отпустили и я отправился отдыхать.
У себя в комнате, на кровати, свернувшись калачиком заснул. И проспал пол дня и всю ночь.
На следующее утро мне, вроде бы, полегчало, если не считать того, что я ощущал себя глубоко несчастным человеком и был подавлен. Гормоны-с.
«Поклевав» завтрак, я вновь отправился к Марине и психологу. Сегодня мне рассказывали о моей Семье. Общеизвестную информацию.
Семья большая. Дед и Бабушка Кайи — главная ветвь семьи.
