Он не станет требовать специального расследования, не будет протестовать против посягательств на его архивы, не обрушится с критикой на таинственную деятельность агента ФБР, не станет отрицать своей ответственности или скрывать какие-то факты. Более того, музей даже не придет на помощь своему главному благодетелю Фэрхейвену. По крайней мере публично. В то же время много можно будет сделать, изящно выражаясь, in camera. Вовремя прошептанное нужному человеку слово, предоставление или изъятие определенных гарантий, тайное перемещение денежных сумм.
.. Но все это следует проделать деликатно. Очень деликатно.
Директор нажал на кнопку внутренней связи и тихо произнес:
– Миссис Сурд, не могли бы вы оказать любезность и попросить мистера Брисбейна зайти ко мне в удобное для него время?
– Конечно, доктор Коллопи.
– Буду весьма вам признателен.
Директор снял палец с кнопки интеркома и откинулся на спинку кресла. Затем он аккуратно свернул «Нью-Йорк таймс» и положил газету в расположенный на краю стола ящик, на котором значилось: «В досье».
Совершив это действо, директор улыбнулся – впервые за все утро.
Глава 11
Нора Келли прекрасно понимала, что означает этот вызов. Она видела статью в утреннем выпуске газеты. В музее только о ней и толковали. Не исключено, что не только в музее, но и во всем Нью-Йорке. Нора представляла, как этот материал может подействовать на такого типа, как Брисбейн. Прежде чем вызвать ее, он выжидал целый день, и вот без десяти пять вызов наконец поступил.
Мерзавец, вне сомнения, хотел, чтобы она как следует попотела. «Интересно, – думала Нора, – не означает ли это, что мне дадут лишь десять минут на то, чтобы собрать вещички и убраться навсегда из музея?»
Таблички с именем Брисбейна на дверях кабинета не было. Нора постучала и услышала приглашение войти.
– Присаживайтесь, – сказала немолодая, изможденного вида секретарша. – Вам придется немного подождать.
Дама, судя по всему, пребывала не в лучшем настроении.
Нора села.
Проклятый Билл. Каким местом он думал? Риторический вопрос. Этот тип слишком импульсивен. Постоянно начинает действовать до того, как пустит в ход серое вещество. Но это уже чересчур! С нее хватит. У парня «мозги набекрень», как любил выражаться ее отец. Она вырежет у него яйца, прикрепит их к ремню и будет носить на талии наподобие бола[5]. Ведь ей так нужна эта работа в музее! А этот гад практически собственными руками напечатал уведомление о ее увольнении.
