В силу своего положения и под предлогом программы городской реконструкции он скупил землю и снес все имевшиеся на ней строения. Строительные рабочие, с которыми я имел возможность побеседовать, сказали, что во время рытья котлована под фундамент Фэрхейвен не уходил со стройки. Он был вторым, кто проник в тоннель после того, как обнаруживший останки рабочий убежал. Нет никаких сомнений, что он нашел там дневники или лабораторные журналы Ленга. Позже он смог неторопливо изучить все найденные в тоннеле предметы, включая кости.
Именно поэтому следы на старых костях и раны на свежих трупах практически идентичны.
Теперь, когда у Фэрхейвена оказались записи Ленга, он смог попытаться повторить эксперименты доктора в надежде пройти его путем. Но все его попытки были попытками дилетанта, и он оказался не в состоянии разобраться в истинной методике Ленга.
Пендергаст закончил рассказ, и в библиотеке воцарилась мертвая тишина.
– Не могу поверить, – сказал наконец Смитбек. – Когда я его интервьюировал, он показался мне таким уверенным в себе, таким.
.. нормальным."
"– Безумие может скрываться под разными масками, – ответил Пендергаст. – Мания Фэрхейвена скрывалась глубоко, очень глубоко, и не проявлялась открыто. Но когда подобная мания вырывается наружу, ее носитель мгновенно оказывается у врат ада. Фэрхейвен, похоже, был убежден, что формула продления жизни самой судьбой была предназначена ему. Забрав жизнь у Ленга, он начал верить в то, что он сам и есть Ленг – тот Ленг, каким, по его представлению, тот должен был быть.
Он настолько отождествил себя с Ленгом, что даже перенял его манеру одеваться. В этот момент и начались убийства, имитирующие преступления далекого прошлого. Но это был иной вид имитации, и он не имел ничего общего с тем, что вы написали в своей статье, мистер Смитбек.
– Но почему он попытался убить вас? – спросил журналист. – Ведь он шел на огромный риск. Этого я так и не понял.
– Фэрхейвен умел заглядывать в будущее – в далекое будущее. Именно поэтому он добился успехов в бизнесе.
И в силу этого обстоятельства он так боялся смерти. Когда мне удалось установить адрес Мэри Грин, он понял, что определение адреса Ленга для меня лишь вопрос времени. Фэрхейвен знал, что я приду в дом Ленга и все его усилия пойдут прахом. Я неизбежно установлю связь между современными убийствами, совершаемыми человеком, известным как Хирург, и старинными преступлениями, за которыми стоял Ленг. То же произошло и с Норой.
