Луч света выхватил из темноты большую комнату, сплошь уставленную выставочными шкафами. Девушка двинулась по направлению к арке в конце комнаты, сворачивая по пути то к одному, то к другому шкафу. За аркой находилась анфилада небольших сводчатых комнат. Она нырнула в ближайшую и снова прислушалась. Но в помещении царила тишина, и ничто не говорило, что ее присутствие обнаружено. Она двинулась вперед и попала в комнату, где все шкафы были заполнены лягушками, ящерицами, змеями, тараканами и пауками самых разных размеров, форм и расцветок.
Неужели Кабинет диковин Ленга не имеет конца?
У следующей ведущей в темноту арки она снова пригнулась, выключила фонарь и попыталась уловить хоть какие-нибудь звуки в находящемся за аркой помещении.
И наконец она что-то услышала."
"Звук был крайне слабым и вдобавок искаженным эхом от каменных стен. Это был глухой, прерывистый стон, постоянно меняющий свою тональность в каком-то дьявольском ритме. Кровь заледенела в жилах, а мышцы напряглись в непроизвольном порыве бежать отсюда как можно дальше.
Но нечеловеческим усилием воли Нора заставила себя остаться на месте. Что бы ни находилось там, в темноте, ей рано или поздно предстояло с этим встретиться. Кроме того, она нужна Пендергасту.
Призвав на помощь всю свою отвагу, Нора включила свет и бросилась вперед. Она промчалась через еще одну уставленную застекленными шкафами комнату, быстро миновала помещение, показавшееся ей складом одежды, и оказалась в старинной лаборатории, где было полным-полно змеевиков, химической посуды и покрытых толстым слоем пыли приборов и машин с ржавыми тумблерами и запыленным стеклом индикаторов.
До ее слуха долетел какой-то звук, и девушка замерла меж лабораторных столов.
За первым звуком последовал второй. Его источник находился где-то совсем близко от нее. Это был звук шагов. Кто-то шел, или, вернее, брел, волоча ноги, по направлению к ней.
Нора инстинктивно нырнула за ближайший стол и выключила фонарь.
Раздался еще один звук. Он был абсолютно чуждым уху, но в то же время, бесспорно, принадлежал человеку.
Начался он как глухое, похожее на стук зубов и прерываемое судорожными вздохами пощелкивание, а затем перешел в едва слышное причитание. Странный звук неожиданно прекратился, и остался лишь шорох приближающихся неуверенных шагов.
Она застыла за столом, окаменев от ужаса. Звук шагов становился все ближе и ближе. И вдруг тьму разорвал ужасный вопль. За воплем последовал захлебывающийся кашель и звук отхаркивания.
