Но понимаю тебя. Сам не люблю работать на нервах. А Ирина не успокоится. Хорошо, Маш, я дам команду искать человека, но кого попало брать не буду. Так что вам с Петровым придётся подождать. Как он там, кстати?
– Выздоравливает и рвётся на волю, – улыбнулась Маша.
Она вышла из кабинета и, кажется, что гора с плеч свалилась: честно предупредила об уходе. Не любила она бросать начатое дело, но обстоятельства складывались неприятные. А зачем мучить себя, если вокруг полно других возможностей. Вечером в клинике она обрадовала Петрова своим решением.
– Маруська! Ты прямо бальзам на мои раны пролила, – обрадовался Петров.
«Добавить ему что ли радости?» – подумала Мария. Она хотела этой новостью встретить Александра из Германии. Но тогда встреча не произошло из-за всех этих страшных событий. А когда ей сообщили о его состоянии и потом целую неделю, пока он не пришёл в себя, Маша и сама забыла обо всём. Не до того стало.
Зато сейчас вспомнила и всё равно опасалась. Кто его знает.
Как Петров отреагирует? Ему и так досталось, а тут такое. Сама-то она после первого шока пришла в себя быстро. И даже нашла много плюсов. А вот Петров… Страшно!
Но тяни – не тяни, а говорить надо. Так будет честно. Маша тоже извлекла уроки из первого опыта и поняла свою ошибку.
Александр продолжал радоваться, что-то ей говорил, мол, найдёт другое место, если захочет. Маша его почти не слушала: набиралась решимости. Дождавшись паузы в словах почти мужа, она внезапно выпалила:
– Я беременна, Саш.
Уже десять недель.
Петров замер на полувздохе, широко открыл глаза и медленно выдохнул.
– Маша? – неуверенно произнёс он.
– Правда, – поняла его невысказанный вопрос Мария.
– Машка!!!
Петров подскочил с кровати. Он, конечно, уже вставал и ходил, но не таким же диким способом. Сначала крепко чмокнул её в голову, затем метнулся к окну, схватил свой телефон, бросил, выбежал из палаты и приказал охраннику:
– Корзину цветов сюда немедленно!
Тот опешил, но реакцию сохранил: достал рацию и отбил этот приказ уличной охране.
А Петров всё метался по палате. Но вот он остановился возле Маши, бережно поднял её на ноги и как-то трепетно даже положил свою огромную ладонь на Машин живот.
– Машка… Машуня… Ты знаешь, что ты моё счастье? Как же я жил без тебя?! Где же ты была?!
Он обнял её и зарылся руками в Машины волосы. Очень нежно целовал и ласкал, как самую великую драгоценность.
