– И добрая! Только я знаю, какая ты добрая и красивая!! Ты спасла меня! От смерти верной спасла! Слушай, – он присел на краешек стула, снова взял ее за руку, нелепо ткнулся в эту руку губами и заговорил проникновенным, ласковым шепотом: – отпусти меня домой на денечек! За вещами, а? Ведь соловей не поет в золотой клетке без своей зубной щетки, без любимого ноутбука, без курительной трубки, без домашних тапочек и теплого свитера! Отпусти!
Луиза мягко высвободила свою руку и положила ее Афанасьеву на загривок.
От тяжести Глеб пригнулся.
– Это у других соловей не поет в клетке без своих зубных щеток, ноутбуков и тапочек, – сказала она. – А у меня запоет! Даже если это и не соловей вовсе, а тупой, примитивный дятел. И не только запоет, а если надо, яйца золотые нести будет. Понимаешь, мне провидение подложило тебя в капусту не просто так. Я должна выполнить в этой жизни свою сверхзадачу: в твоем лице наказать все гнусное, лживое, неверное мужское племя и воспитать нового – верного, трудолюбивого, честного, покладистого и послушного как собака, мужика.
Так что тапочки, зубная щетка и любимый компьютер к моей программе никакого отношения не имеют.
Пропал, подумал Глеб. Пропал, пропал! А он еще думал, что Инга – сумасшедшая! Да лучше бы его резали на ремни в том доме, требуя диск и камни!!
– Ты мерзкая тварь, – сказал он, глядя Луизе в глаза. – Меня все равно найдут, а тебя посадят!
– Ну, вот, уже лучше, миленький. Ты перестал притворяться и врать. Ты говоришь то, что думаешь.
Теперь осталось научить тебя думать только то, что мне приятно. – Она встала и начала убирать со стола.
– Курить, – простонал Глеб. – Дай покурить, сил больше нет терпеть!"
"– Мужчина моей мечты не пьет и не курит, мог бы и сам догадаться, – без выражения, на одной ноте произнесла Луиза. Она взяла термос и налила из него в стакан какую-то прозрачную жидкость.
– Пей! – приказала она Афанасьеву, протянув стакан.
– Что это? – отшатнулся Глеб.
– Настойка от импотенции. Мужчина моей мечты должен уметь делать это.
Делать много, часто и хорошо.
– Я умею! Я часто! Я хорошо! – Глеб не удержался и упал с табуретки. На заду он поехал к двери, отталкиваясь пятками от пола.
– Мне лучше знать! Пей!
– Из чего это? – Глеб пальцем указал на стакан.
– Сперма красного петуха, собранная на рассвете, настоянная на слюне сексуально голодного козла и огуречной росе.
Огуречная роса, еще куда ни шло. Остальное никуда не годилось.
– Не-ет!! – заорал Глеб.
