Сердце от тоски сжимается.
— У Тимофея сейчас много работы, вряд ли получится, — поглядываю на автомобиль мужа, припаркованный во дворе.
— Тогда одна приезжай. На автобусе. А тебя встречу.
— Я тоже нашла себе работу, пап.
— А что так? Случилось что-то? — по голосу слышу, что заволновался.
— Нет-нет, — тут же оправдываюсь. — Просто дома сидеть надоело.
— А муж-то не против?
— Он только за. Я обязательно приеду, но немножко позже, обещаю.
— Ладно, дочка. Ты уж меня не забывай…
— Разве такое возможно, пап?
Приеду, но сначала мне необходимо решить вопрос с жильем.
А пока я поднимаюсь в квартиру мужа, которая должна была быть и моей, но Тим обманул меня. Его дома нет. Конечно, он же нашел себе гнездышко уютнее…
Переодеваюсь. В животе урчит. За день я успела перехватить лишь пару печенюшек. Если вечером что-то не съем, боюсь, к утру у меня совершенно не останется сил, чтобы встать с кровати. Достаю из морозилки блинчики с творогом и разогреваю в микроволновке.
Поужинав, захожу в комнату. В тишине пустой квартиры слышен голос мужа за стеной.
Пора бы махнуть рукой и перестать обращать внимание, но я не могу. Раны на сердце болят. Я вообще не представляю свою жизнь без Тима."
"Мне даже в мыслях трудно нарисовать картину, как я живу и люблю кого-то другого. Сплю, целую совершенно чужого мужчину. Я только подумала об этом, а на руках уже проступают неприятные, колючие мурашки.
Тимофей говорит на повышенных тонах, и к его ору добавляется визг Кристины. У любовников скандал? Ноги сами ведут меня к стенке.
Прильнув к ней, я слушаю.
Тим сокрушается и только спрашивает «как же так?», а Кристина кричит невнятно, но из ее воплей мне удается разобрать: «так получилось».
А потом в ее квартире громко хлопает дверь. Через несколько секунд у меня из прихожей раздается скрежет, и я с ужасом вспоминаю, что забыла задвинуть щеколду.
Мое и без того испорченное настроение падает на самое дно. Отхожу от стены.
Тимофей как ни в чем не бывало входит в квартиру, двигает стулом в кухне.
Обнимаю себя руками и осторожно шагаю к нему.
Муж, схватившись за голову, сидит за столом, но едва я появляюсь в дверях, поднимает взгляд.
— Она сказала, что беременна, Кать… — хрипит Тим и смотрит на меня покрасневшими глазами.
От его слов меня чуть не отшвыривает назад, как шквалистым ветром. Сердце учащает ритм. Какой позор и боль.
Они мало того что тайно спали, так еще и не предохранялись, и, судя по мрачной реакции мужа, он беременности своей любовницы совсем не рад.
