Только вопрос поставил Зорана в тупик, потому что ответить на него он не мог.
Он просто не знал ответа.
— Дракон? — повторил, раздумывая, и глаза принялись бегать из стороны в сторону, помогая мыслительному процессу. Только резкая боль прочертила молнию в голове, и он снова ухватился, на сей раз за затылок, чувствуя какой-то лоскут под своими пальцами.
Осознание беспомощности навалилось с такой силой, что Авалос испытал ужас, пытаясь разыскать в глубинах собственной памяти хоть какие-то знания, но мысли путались, и он с уверенностью мог сказать ли то, что сейчас лежит в незнакомой комнате, а рядом удивительно красивая девушка с вьющимися тёмно-русыми волосами и зелёными глазами, в простом платье.
И от её ладоней, мгновенно метнувшихся к его голове, потекло успокаивающее, ослабляющее боль тепло.
Он откинулся на кровати, отдаваясь на волю её мягким ладоням, и попытался снова сосредоточиться на мыслях. Ничего. Он не помнил ничего, что бы его связывало с прошлым.
— Как я здесь оказался? — задал вопрос, и она рассказала о Ролане, парне, который нашёл его в лесу в ужасном состоянии и принёс сюда.
Но о том, кто он такой, она не знает.
— Я должен идти, — Зоран попытался подняться, потому что чувствовал, что его где-то ждут. Ему казалось, что он не может вспомнить что-то важное, что непременно связано с чьей-то с жизнью.
— Но вы очень слабы, — попыталась остановить его девушка, и была права. Как только Авалос поднялся, он тут же чуть не рухнул обратно на настил, поверх которого постелили старый тюфяк, и если бы не спасительница, успевшая подхватить его, рухнул бы на деревянный старый пол, затёртый ботинками до черноты.
— Отдохни, наберись сил, а уже потом отправляйся, куда следует.
— Ты знаешь, куда я шёл? — поинтересовался он, понимая, что даже не ведает её имени. Уставился на длинные странные уши, трогая свои и отмечая, что его не такие.
— Кто ты? — сложив брови вопросом, он желал узнавать как можно быстрее всё об этом мире.
— Меня зовут Клиомния, — девушка осторожно поправила ему подушку, помогая лечь более удобно, а сама вышла из комнаты, чтобы через время вернуться с дымящейся глиняной чашкой, из которой аппетитно пахло какими-то травами.
— Эльфийка, — задумчиво произнёс Авалос, будто в памяти его что-то всплыло. — Что это за место?
— Мой дом, — охотно отозвалась она, зачерпывая ложкой мутную жидкость. — Это поможет прийти в себя, — пообещала, поднося к его рту. И Зоран выпил первую ложку.
