— Если бы не я, он бы сбежал! — не согласился второй, и воины наблюдали за перепалкой начальства, боясь вмешаться. Деньги, выданные Бартиолем, перевесили, и, когда Гермин решил обратиться за честным мнением подчинённых, все выбрали сторону Бартиоля.
— Увы, — развёл тот руками в стороны. — Я вернусь послезавтра, стереги как следует моего пленника.
Он похлопал напарника по плечу и отправился к жене, о которой мечтал последние несколько дней. С рыжим стариком пусть разбираются другие, он явно не тянул на дракона, потому был совершенно не интересен.
— Говори, — приказал Гермин Торну, когда они остались наедине, но старик молчал, не зная, что именно рассказал им Авалос. — Понятно, — покачал головой эльф. — Ну это мы быстро исправим.
Он схватил старика за шею, утаскивая за собой в небольшую постройку, где на стенах были развешаны разные приспособления для тех, кто думал, что ничего не скажет.
— Посмотрим-посмотрим, — Гермин скользим взглядом по орудиям, прикидывая, что подойдёт сейчас лучше всего. Обернувшись, он удивлённо вскинул брови, не найдя старика, который только что сидел у стены со связанными руками.
Лишь верёвки, валявшиеся тут же. Дверь была закрыта, а значит, он ещё где-то здесь. Но места было ничтожно мало, потому сменщик быстро нашёл небольшую седую лисицу, пытавшуюся спрятаться между двух корзин, но вот старик…
Он попытался ухватить её за загривок, когда дверь отворилась, впуская какого-то воина, а Торн тут же бросился к спасительной свободе.
— Идиот, — зашипел Гермин. — Быстро поймай оборотня!
Торн бежал, петляя, словно заяц.
Он решил, что обязательно вернётся сюда позже или же попробует придумать другой план. Видя спасительный лес, лис прыгнул, но тут же что-то огненное прожгло бок, пробило внутренности, застревая эльфийской стрелой, и Торн упал на траву, чувствуя невыносимую боль. Трансформация невозможна. На это и так ушло слишком много сил, и маленькие жёлтые глаза с продолговатым зрачком смотрели на яркую луну, пока сердце совершало последние удары.
Авалос слышал крики, надеясь, что Торну всё же удалось сбежать.
А если нет, возможно, их оставят в одном котле. Он стоял, обратив взор к небу, пытаясь среди поднявшегося шума различить важные слова, когда сверху показался Гермин.
— Подарок тебе, — сказал он, и тут же прутья отодвинулись. Рядом с Авалосом упало что-то мягкое. Скрежет заслонки и удаляющиеся голоса оставили его наедине с тем, кого он однажды он спас. С тем, кто отдал жизнь, чтобы попробовать спасти его.
