Эти слова болезненно соскребли мои незажившие раны. Я перевела покрасневшие от недосыпа, усталости и слёз глаза и задала всего один вопрос:
— Скажите, Глеб изначально планировал меня использовать?
Дамир плавно притормозил у обочины. А Николай Антонович растёр свои руки, будто они замёрзли. Затем хлопнул себя по коленям и твёрдо ответил:
— Яна, думаю, вы уже сами нашли для себя ответ на этот вопрос.
— Нет. У меня нет ответа.
— Простите, но и мне нечего вам сказать.
— Спасибо. На самом деле, вы уже ответили, — сказала, после чего, открыла дверь и покинула автомобиль.
Дождь и порывистый ветер за пару минут превратили меня в мокрую болонку, но я не пыталась спрятаться. Забила в карту телефона адрес Глеба и вызвала такси.
***
Выжимаю кнопку звонка и впервые за эти дни ощущаю биение сердца. Значит, ещё бьётся. Значит, живое. Слышу за дверью шаги, щелчок дверного замка. Дверь открывается, но передо мной стоит не Глеб, а красивая и высокая девушка в коротком домашнем халатике.
— Где Глеб? — давлю ледяным тоном.
— А вы, собственно, кто? — окидывает меня взглядом и возмущается девушка.
— Неважно. Где он?
— Милочка, а ты не охренела, таким напором давить? — вскидывает бровь и начинает прикрывать дверь.
На ее беду, сейчас я совершенно не владею собой и своим состоянием, действую на каких-то рефлексах. С силой толкаю дверь, которая отлетает вместе с девицей, и вваливаюсь в квартиру с криком:
— Миронов!
— Сучка, ты что себе позволяешь?! — верещит она и кидается на меня с кулаками.
В этот момент дверь ванной открывается, и Глеб застывает, ошарашенно глядя на меня.
— Яна, что ты здесь делаешь?
— Глеб, кто это? — вцепившись ногтями в мои руки, противно пищит эта пигалица.
— Нам надо поговорить, — топлю железобетонным настроем.
— Глеб, ты так и будешь стоять, выгони эту ненормальную! Кто это вообще? — дёргает меня и сильнее впивается в мою кожу ногтями.
Хочется в отместку вцепиться ей в волосы и выволочь за дверь. И не из ревности, сейчас она просто представляет собой раздражающий и лишний элемент в этой квартире.
— Яна, не думаю, что нам есть о чём говорить, — совершенно чужим тоном бросает Глеб.
— Да ты что? А я думаю, мы многое не обсудили, и советую тебе убрать свою даму, чтобы её нежные ушки не услышали все, что может политься из моего рта.
Миронов выходит, быстро сокращает между нами расстояние, убирает руки своей девушки, больно хватает меня за локоть и тащит в сторону спальни.
— Глеб, я не поняла, что происходит? — снова верещит девица.
