Важно было другое — серьезностью момента Элеонора прониклась, задачу поняла четко, с врачебным долгом своего мужа договорилась, и теперь в электронной почте Чарушина имелась сканированная выписка из медицинской карты Николая Липатова, которая объясняла если не все, то точно многое.
Еще один кирпичик лег на свое место, и Никита довольно улыбнулся. Пожалуй, он не зря провел сегодняшний вечер. Ему было с чем возвращаться в усадьбу и о чем разговаривать с ее обитателями. Завтрашний день был последним, который они, согласно причудам старика Липатова, должны были провести в Знаменском.
И этот завтрашний день должен был наконец дать ответы на все вопросы, сорвав покров с тайн, которые так старательно пыталась скрыть старая усадьба."
"По-хорошему, нужно было возвращаться туда, но Никита внезапно понял, что устал и соскучился по своей семье. Полина и Егорка были совсем рядом, всего-то в трех кварталах. Подняться в квартиру, где пахнет только что испеченным печеньем, где в кроватке сопит его восьмимесячный сынишка, так смешно и трогательно похожий на него, Чарушина, обнять податливое тело жены, зарыться губами в ее пушистые, похожие на пух одуванчика волосы.
Услышать, как бьется у его груди ее сердце.
Он почувствовал, как внезапно у него пересохло во рту, и решил, что не будет преступлением, если он переночует в городе, а в Знаменское вернется рано утром. В конце концов, все, что могло случиться, уже произошло. А Аббасов и Павлов смогут удержать ситуацию под контролем, и в первую очередь защитить Нину, если это понадобится.
Впрочем, пока остальные члены семьи не знают, что она тоже Липатова и что «Британская Гвиана» уже находится у нее, Нине вряд ли что-то угрожает.
Камни в мозгу снова стукнулись друг о друга, но Чарушин предпочел не обратить на это внимания. Ему очень хотелось домой. К тому же он чувствовал, что проголодался. Из Знаменского он уехал, не дождавшись ужина, и сейчас в желудке настойчиво сосало. Решено, он поедет домой, к Полине.
Поест, проведет ночь с женой и утром будет готов к решающему бою. Раздав последние инструкции коллегам и договорившись о том, как они будут действовать завтра, он прыгнул за руль и поехал домой.
Остаток вечера прошел именно так, как ему и грезилось, и спать Никита лег совершенно счастливым и умиротворенным. Он только начал засыпать, балансируя на той зыбкой грани полусна-полуяви, в которой и живет настоящее счастье, как его разбудил телефонный звонок.
