Я отвязал его, и мы с Никитой аккуратно уложили тело на запряженную телегу. Видимо она была уже подготовлена к делу, и только ожидала, когда придет время. Вот ей мы и воспользовались. Никита остался на стреме у малины на случай, если появятся гости, мы же с Лехой на телеге поехали забирать крестников, ранее разложенных в окрестностях Култука. Первым делом доехали до соглядатая, который лежал в овраге. Никита метнулся за Кузьмичом, попросив Тихона приглядеть за нашим фургоном, а также сказал, что нужно незаметно забрать Матвея.
Тихон, один из его возничих и Кузьмич подошли к телеге и на руках понесли битого племянничка к обозу.
Леша подошел к нему и проговорил негромко:
— Тихон Евстигнеевич, нападения теперь можно не опасаться, но мы не знаем как урядник отнесется к исчезновению бандитов с утра, поэтому лучше будет если Матвея привести в чувство и постараться убрать следы его избиения, на крайний случай спрятать до тех пор, пока мы не уберемся из этого чертова Култука.
— Понял Тебя Алексей, сказал Тихон, все сделаю, хранилась Христос.
Перекрестил он нас напоследок удаляясь к стоянке обоза.
Кузьмич, уже недавно принимавший косвенное участие в разгроме банды Казимира под Нерчинском, лишь вздыхал, но делал все что его просили. Мы затащили на телегу тело соглядатая, и поехали на телеге варнаков в сторону малины, по пути завернув к кустам, где нас дожидался связанный Седой, а также безобидные тушки Демид и Потапа.
Погрузили их быстро, и направили груженую телами телегу к бандитской малине.
Как только мы подъехали Никита распахнул хлипкие ворота, и телега заехала на территорию. Первым делом, мы затащили Седого в комнату с лежанками, вытащив жмуров в основной зал. Я с Лехой остался для проведения экспресс допроса Седого, а Никита и Кузьмич принялись вытаскивать тела из дома, загружая телегу. Нагрузили в итоге ее знатно. Ждать не стали, а направились в сторону берега озера, в место, где берег резко обрывался. Решил просто скинуть тела в озеро, от греха подальше.
Мы же с Лехой начали спрашивать Седого. Он поначалу пытался выторговать себе жизнь, но, когда понял, что выбор у него небольшой. Либо он легко умирает и все рассказывает, либо все сначала помучается и все рассказывает. Тертым калаче оказался, пришлось отхватить ему три пальца, только на четвертом он поплыл и начал сдавать все расклады.
Итак, действительно у них был сговор с урядником, которому Седой заносил долю от заработанного на ниве грабежа и вымогательства.
