— Почему тогда ты позволяешь ей то, за что другую сотрудницу бы уволил с позором?"
"Муж жестоко сминает лист бумаги, который лежал под его ладонью, и испепеляющим взглядом снова смотрит на меня. Кажется, я и не дышу вовсе.
Ужасная мысль об измене любимого человека стучит как набат у меня в голове. А если это правда?
— Не говори ерунды, Николь. Иди лучше домой и не мешай мне работать, — обрезает он все мои вопросы одной хлесткой просьбой.
Сердце сокрушается обезумевшими ударами, их должны слышать все в этом здании.
В ушах до сих пор звук голоса Киры, который, кажется, рушит иллюзию моего семейного счастья.
Работать. Работать. Работать.
Когда-нибудь я услышу что-то другое?
Отступая, иду к двери.
Нам надо всё решить.
Ведь завтра Новый год. Как его встретишь, так и проведёшь, — мыслю я позитивно до тех пор, пока в спину не бьёт сухой приказ:
— Да, Николь, я сегодня ночью улетаю в командировку. Собери мне чемодан. И побыстрее.
Глава 2.1. За четырнадцать часов до Нового Года
Николь
“Маленькие помощники Деда Мороза”…
Аккуратно вывожу название детской истории.
Из-за внутренней подавленности и лишней раздраженности буквы выходят корявыми и некрасивыми.
А должно быть наоборот.
Когда придумываешь персонажей для детской книжки, даешь им имена, наделяешь характером, то погружаешься в другой мир. И этот мир, созданный своими руками, ты даришь самым светлым и чистым существам на земле — детям.
Сейчас же все валится из рук, внутри каша из обиды и злости на Тиграна.
Сегодня мой день рождения и канун любимого с детства праздника, и кто бы знал, чего мне стоит не написать гневную тираду моему мужу, что оставил нас с сыном в такой день.
Он утверждает, что его терпение скоро лопнет?
Как бы не так.
Я тоже скоро взорвусь. Впервые в жизни. Семь лет моя копилочка наполнялась и вот-вот лопнет от злости.
— Мам, ты говорила, в Новый год всегда происходят чудеса, — с неким вызовом утверждает сын. Последнее время он пробует смотреть на какие-то вещи уже по-другому.
Не совсем малыш, но еще не взрослый. Мой мальчик!
— Конечно, — поворачиваюсь к нему лицом и изучаю пронзительные темные глаза, которые он унаследовал от своего отца.
— Тогда папа точно вернется к вечеру? Не обманет?
Сердце простреливает от его вопроса и голоса.
— Вернется, Саввуш, обязательно вернется, — беру его ладошку в свой плен, вспоминая, какой раньше она была маленькой.
