– Все в порядке, Ян? Выглядишь немного странно, опоздала… – спрашивает он участливо, отстраняясь от меня, потому как реально подаюсь вперед, и чуть не падаю, сохранив равновесие в последнюю секунду.
– Я ключи забыла, – вздыхаю.
– Всего-то? Не проблема, я сейчас дам тебе еще один комплект. Точно только в этом дело?
– Помоги ошейник застегнуть, – бормочу себе под нос, и через пару минут мы с Маркизом уже вышагиваем по аллее.
Маркиз перебирает ногами с редким проворством, радостно обгавкивая всех встречных собак.
А мне, с каждой минутой становится все хуже, перед глазами все буквально плывет, лай отдается в висках пульсирующей болью.
С трудом выдержав двадцать минут прогулки, тащу упирающегося пса обратно к дому. Ему еще и лапы мыть… тоже моя обязанность. От одной мысли что придется наклоняться, затаскивать тяжелого пса в ванную, мне дурно. Пожалуй, я и правда сильно заболела, придется тащиться в поликлинику.
– Сейчас мы тебя покормим малыш, – вздохнув, отпираю дверь. Вот только у меня ничего не получается, ковыряюсь в замке, чувствуя, как потеет затылок – у меня так всегда при температуре.
– Да что же это…
Дверь вдруг распахивается, но без моего участия. Поднимаю голову – на пороге стоит Олег.
– Привет, – произносит чуть насмешливо. – Проблемы?
Проблем у меня по горло, но я не собираюсь делиться с ним. Слегка опускаю глаза, чтобы в его лицо не пялиться, вот только зря я это сделала. Потому что взгляд упирается в его ключицы, мощные плечи, и ниже, в грудь, обтянутую влажной футболкой.
Папочка выглядит так, словно только что с тренировки. Похоже так и есть – крепкие мощные ноги обтягивают тонкие спортивные штаны. Почти ничего не скрывающие, а скорее подчеркивающие выдающиеся достоинства сложения.
Я и так горю от температуры, а теперь и вовсе, буквально плавлюсь.
– Проходи, чего в дверях застыла, – спокойно произносит хозяин квартиры.
Маркиз дергает за поводок.
– Он голодный, – говорю зачем-то, проходя в коридор.
– Я тоже, – вдруг произносит Олег.
– Готовить умеешь? У меня сегодня все наперекосяк. Даже еду забыл заказать.
– Я не очень… но яичницу могу, наверное…
Что за безумие происходит? Меньше всего мне хочется сейчас кормить Олега. Но резко отказать в простой, хоть и неуместной просьбе, тоже не решаюсь.
Наклоняюсь, отцепляю поводок, снимаю с собаки ошейник и Маркиз с громким гавканьем устремляется в сторону кухни. Я же, останавливаюсь напротив комода, куда убираю поводок, и замираю.
