Казалось, в глазах Фредерика тогда проскочило понимание? Сам ведь отец… Но теперь Раймон в этом сомневался, ведь отпускать его не планировали.
Хотя гораздо больше он волновался за Рону и Сильвию. Пусть бы забрали его! Держали в тюрьме, мучили, казнили! Только бы их не трогали! Раймон верил, что Сильвия позаботилась бы о Роне. Обеспечить бы им безопасность, и больше ничего не нужно. Но он мог лишь сидеть здесь, как зверь в клетке, сверля ненавидящим взглядом толстую решетку, заменяющую стену между камерой и коридором.
И вот там, в отсветах факела, появилась знакомая фигура. Фредерик пришел в сопровождении стражника. Тот отомкнул дверь, после чего передал ключи, коротко поклонившись. Он ушел. Фредерик шагнул в камеру, и они оказались наедине. Раймон с удивлением глянул на свои запястья. На него не надели цепи, рядом не маячила охрана. Значит, жест доверия со стороны короля? Значит, не все потеряно?
Раймон собрался было встать, но Фредерик жестом остановил.
– Сиди. Не чужие все-таки люди.
Потому я и пришел к тебе, Раймон, – он подошел ближе, садясь рядом на деревянную лавку.
Все это выглядело странно, но Раймону было не до королевских причуд! Помимо воли с губ сорвалось:
– Что с Сильвией и Роной?
– Они в порядке. Девочка слаба, я прислал к ней придворного лекаря, он дал ей какой-то отвар, который поможет восстановить силы. Она поправится. Я отпущу их. Отпущу и тебя, потому что верю тебе, но… – Фредерик повернул голову, внимательно глядя на Раймона.
– Могу ли я просить тебя об услуге, лорд Алавар?
«Короли не просят. Короли иносказательно приказывают», – подумал он, подавив усмешку, вместо этого покорно склонив голову.
– Все, что угодно моему королю.
Фредерик тяжело вздохнул. Он встал на ноги, сделал пару шагов туда-сюда, словно не находя себе места.
– Я говорю с тобой не как король. А как отец с отцом. Я… не ожидал такого от Альберта. Наверно, это мой промах? Мы никогда не были слишком близки. Его мать скончалась при родах, не успев даже взглянуть на него.
А я… я был занят делами королевства. Думал, няньки и наставники дают ему достаточно внимания. И только сейчас я понимаю, насколько чужим человеком оказался для него, когда он вырос. Но я не могу спустить такое с рук. Мягко пожурить его и ждать следующего ножа в спину? – грустно усмехнулся Фредерик.
– И что будет с Альбертом? – Раймон нахмурился, не понимая, к чему все идет.
– Я не могу причинить вреда родному сыну.
