– Не желаю я больше Вас видеть! И говорить с Вами не желаю! Мало ли, какую ложь Вы снова выдумаете в свое оправдание… Прощайте! – вспыхнула я, распахивая дверь таверны.
Я чувствовала себя чертовой Золушкой, нацепившей туфли-от-прекрасного-принца. Вот только настоящий принц – мой жених, наверняка, сейчас либо точил меч, мечтая меня прикончить, либо задирал очередную юбку служанке. А этот… нахал с горящими от негодования глазами и поцелованными мной губами на принца явно не тянул! Как максимум на лягушку. Фи! Ее тоже вечно в сказках целовали.
По ошибке. И никто не ругал главных героинь за это!
Не слушая больше Раймона, я развернулась и вошла в таверну, захлопнув за собой дверь. И окунулась в шум, гам людских голосов. В стук кружек и заливистый смех разносчиц. В тепло и ароматы, льющиеся с кухни.
Улыбнувшись, я сделала несколько шагов вперед, когда услышала отчаянный детский крик и оцепенела от ужаса. А потом бросилась вперед, не разбирая дороги, спотыкаясь о чьи-то ноги. А крик все не прекращался, звеня на самой высокой ноте:
– Сильвия, помоги-и!
Я, не раздумывая, бросилась к девочке.
Перед глазами потемнело от страха. Я сразу вспомнила, как на меня напал тхереге. Рона же кричала так, словно на нее набросилась целая стая зверей. Но… когда я распахнула дверь таверны, то в страхе застыла.
Раймона окружило трое стражников. Двое из них как раз скручивали моему спасителю руки за спиной, а один угрожал мечом. Попеременно то Раймону, то Роне, которая со слезами жалась к нему, хватаясь за его ноги, пытаясь не отпустить.
Бойкая девочка! Раймон склонился над ней, что-то успокаивающе прошептал и бросил умоляющий взгляд в сторону дверей таверны, наверняка, надеясь углядеть там меня. Я его понимала. Не оставлять же Рону одну-одинешеньку здесь, она слишком мала для этого! Но что Раймон хотел от меня? Чтобы я отвела Рону домой, к ее маме, его жене, и рассказала о случившемся? Ха-ха.
«Я тут Вашего мужа целовала, никого не трогала, кроме него, конечно. А потом трах-бах, пришла стража и его арестовали.
Вот Вам Рона, в целости и сохранности, получите, распишитесь?» – представила я эту речь."
"Но если серьезно, как я могла отвести Рону к жене Раймона, если не знала даже их адреса? Разве что у малышки спросить или она знает дорогу и сама отведет нас к себе домой? Передо мной стояла проблема уже даже не морального характера. Которую я совершенно не хотела решать.
Я не могла выскочить из-за дверей, где сама пряталась от стражи, затаив дыхание.
