Он вернулся с подносом в руках — на нем стояла чашка кофе, а также лежало печенье с джемом, — однако Люси в комнате не оказалось. Поставив поднос на туалетный столик, Себастьян подошел к двери, соединяющей его номер с комнатой Люси. Немного помедлив, Себ постучался и тут же распахнул дверь.
Люси сидела в халате за письменным столом и просматривала какие-то бумаги. Подняв голову и увидев Себастьяна, она поспешно сунула бумаги в ящик стола.
— Что ты делаешь? — спросил Себ.
— Я, гм… Пишу письмо родителям. Я подумала, что надо написать им о моих делах.
То есть о моем скоропалительном браке.
Себ счел это объяснение разумным. Однако у него возникло подозрение, что Люси не до конца с ним откровенна. Вернее, он был почти уверен, что жена занималась чем-то другим — во всяком случае, не писала письмо домой. Но не мог же он открыть ящик и вытащить бумаги, которые Люси прятала от него…
Пожав плечами, Себ направился к двери. У порога обернулся и сказал:
— Я принес тебе кофе и печенье. А после того, как перекусишь, тебе уже нужно будет одеваться.
В «Бадье» нас ждут сразу после двенадцати.
Люси хотелось одеться понаряднее, и она выбрала свою любимую блузку — с большими треугольными рукавами и высоким воротничком, отороченным кружевами. Юбку-колокол на подоле венчала оборка. При движении юбка шуршала, и это казалось Люси необыкновенно женственным и соблазнительным. Образ завершал последний штрих — новая шляпка Люси, шляпка с черными полями, украшенная розовой ленточкой с большим бантом и с вытканными на нем белыми цветами.
Переступив порог «Бадьи», Люси тотчас же поняла, что напрасно так нарядилась, — в этом заведении более уместным было бы ее старенькое дорожное платье. На полу в таверне не было даже деревянного настила — только земля под ногами. Над всеми столами плавали облака табачного дыма, а стены были увешаны плакатами, рекламирующими всевозможные торговые марки виски и пива, и изображениями мускулистых боксеров. На стене же за стойкой красовалась картинка — приплясывающая полуголая девица.
— Ну, как тебе? — спросил Себастьян. — Что ты об этом думаешь?
— Думаю, что хочу вернуться обратно в гостиницу.
— Поздно, — проговорил он, когда их заметил Уйти.
— О, вот и новобрачные! — радостно воскликнул Уйти. — Наши счастливые молодожены!
Все повернули головы и стали глазеть на них, а затем вдруг раздались громкие выкрики, гиканье и смех. После этого Люси и Себа окружили некоторые из завсегдатаев таверны — им хотелось познакомиться с невестой и поздравить ее.
