– Я хочу посетить семейное кладбище Ришель.
Изобель от удивления дернулась, ударившись коленкой о низкий столик, от чего посуда на нем возмущено звякнула.
– Госпожа, король Стефан в первую очередь отправит своих людей туда. Это слишком опасно!
– Я не собираюсь проникать в дом. Мы проберемся на кладбище, оно находится в самой отдаленной части поместья. Там даже прислуги не бывает, только старый сторож. Тем более я знаю обходный путь, мы останемся незамеченными.
Ее слова не убедили Изобель. Она протестующе покачала головой.
– Нет, госпожа, вы не понимаете. Если король Стефан вас поймает, он будет мстить за побег. Не оставит в вас ни капли воли к жизни.
Адалина горько усмехнулась и поднялась из-за стола. Аппетит пропал, а живот скрутило от волнения так, что съеденный завтрак отчаянно просился наружу. Горло опалило желчью.
– Уж я-то знаю, каким Стефан бывает в гневе, – с горечью прошептала она. – Я лучше сию же секунду расстанусь с жизнью, чем вернусь в Изумрудный дворец. Но я должна проститься с матерью.
Понимаешь? Должна.
Изобель нервно поправила разметавшиеся по плечам локоны. Ей явно было непривычно ходить с распущенными волосами.
– Хорошо, – после недолгого молчания наконец согласилась она, понимая, что Адалина тверда в своем намерении. – Отправимся в поместье глубокой ночью. Так будет легче остаться незамеченными. Доберемся как раз к рассвету, и вы без проблем отыщете могилу леди Ришель.
После завтрака Изобель отправилась в город, чтобы разузнать, не поползли ли слухи о побеге, а Адалина осталась дома.
Стены унылой комнатушки давили и навевали тоску на нее, а любые шорохи и скрипы, доносившиеся из-за двери, заставляли вздрагивать. Она прекрасно понимала, что солдаты Стефана не ворвутся сюда и не подумают искать сбежавшую фаворитку короля в одном из районов для среднего сословия, однако силки страха не желали ослаблять хватку на ее горле. Адалина даже не могла ни на что отвлечься: в комнате не нашлось ни книг, ни принадлежностей для рукоделия, и даже окно было не застеклено, как в поместье Ришель или в Изумрудном дворце, а обтянуто бычьим пузырем.
Через него хоть и пробивался солнечный свет, но разглядеть улицу было практически невозможно. Адалина пыталась отворить оконную раму, но та не поддалась."
"Чтобы хоть немного отвлечься от обуявших ее тревог, она начала мерить шагами комнату. Она потерла грудь и уже хотела привычным жестом подцепить цепочку с медальоном, но вовремя опомнилась – их забрал владелец.
