Поэтому Тристан заранее позаботился о том, чтобы, если в штаб проникнут незваные гости, быстро все уничтожить. Теперь на их штаб напали, и тот сам поджег дом, разлив на первом этаже бочки масла, хранившиеся именно для этой цели.
– Вот второе тело, – услышал Тристан голос городского стражника и двинулся в самый конец коридора.
Перед входом на кухню, дверь которой полностью сгорела, а рядом валялась груда обломков, будто кто-то специально заблокировал ее с внутренней стороны массивной мебелью, лежал еще один мужчина.
Плоть его почернела, волосы обгорели, а останки одежды прилипли к телу. От сладковатого запаха горелой кожи Тристан с трудом сдержал приступ тошноты.
Мужчина был очень высок, и от осознания этого рот Тристана наполнился вязкой слюной, а к горлу снова подступил рвотный позыв. Он прикрыл рот и нос воротом плаща и склонился над телом.
В следующий момент давящую тишину прорезал тихий вскрик.
Тристан не сразу понял, что кричал он сам. Колени больно ударились о каменный пол рядом с телом.
Трясущейся от ужаса рукой он подобрал почерневшую брошь в виде медвежьей головы – подарок Изекилю от леди Велмор. Неподалеку от броши валялся серебряный кинжал с гравировкой «И. В.».
– Изи… – прохрипел Тристан, даже не пытаясь смахнуть набежавшие слезы.
Перед ним, вне всяких сомнений, находился Изекиль. Тристан нередко называл его доходягой за высокий рост. Рядом лежали вещи, с которыми Изи никогда не расставался.
– Наверху никого, – раздался за спиной приглушенный голос Рэндалла.
Тристан кивнул. Он уже догадался. Догадался, что Изекиль провел Бернарда и Адалину через тайный ход, а сам остался задержать нападавших. Видимо, проникших в штаб людей было больше, но остальные успели уйти прежде, чем пожар охватил весь дом.
– Кто это?
Рэндалл сел на корточки рядом с ним.
– Мой друг, – прошептал Тристан, и одинокая слеза упала на острие потемневшего от копоти кинжала.
– Дайте пройти! – прозвучал недовольный возглас, и Тристан с Рэндаллом обернулись.
Позади стоял запыхавшийся Гарри, хозяин таверны, но путь ему преграждали городские стражники.
– Пропустите его, – сухо приказал Тристан, и Рэндалл кивнул страже, чтобы те подчинились.
– Кто-то из наших? – шепотом спросил Гарри, наклонившись над ухом Тристана.
Он кивнул и прочистил горло, которое раздирало, жгло и царапало изнутри. Но не из-за гари и дыма, а из-за душивших его слез.
– Отыщи посыльного, – произнес Тристан охрипшим до неузнаваемости голосом.
