Она слишком близко подобралась к пламени, которое не знало пощады и поглощало все на своем пути.
– Мои родители погибли не при пожаре.
Она не знала, что именно разузнал Изекиль о ее семье, поэтому решила сказать правду. Она все еще страшилась довериться кому-либо. Очень страшилась. Но Тристан был единственным, кому она могла поведать хотя бы часть своей тайны.
– Неужели? – в притворном удивлении протянул он.
Адалина закатила глаза. На языке вертелась очередная колкость, но она проглотила ее.
– Они погибли в родовом поместье Ришель.
– В горле пересохло от одного только упоминания о том страшном событии, которое разрушило ее жизнь. – Мой отец кое-что узнал… – Она запнулась и на мгновение прикрыла лицо похолодевшей ладонью. В сознании возникли страшные образы, от которых она до сих пор часто просыпалась в холодном поту.
Тристан наконец отстранился и присел на край стола, отчего Адалине стало легче дышать.
– Что узнал?
– Моя мать была ему не верна. На протяжении нескольких лет она крутила роман у него за спиной, а его никогда не любила.
– Он убил ее? – Голос Тристана утратил колкость.
Адалина неуверенно кивнула, а потом поджала губы, покачала головой и начала исповедь:
– Фредерик Ришель был столь одержим своей супругой, сколь равнодушен ко всем остальным, даже к собственным детям. Вся его любовь доставалась Веронике. – Адалина сумела подавить дрожь в голосе и во всем теле и смело посмотрела Тристану в глаза. – Это была больная, разрушительная любовь, и мама, которую выдали замуж насильно, как и всех знатных девушек Запада, давилась этой любовью.
Но чем сильнее она отталкивала его, тем отчаяннее он пытался завоевать ее расположение. Даже долгие годы брака, рождение троих детей и непреодолимая пропасть между ними ничуть не охладили пыл отца. Представь, на что способен одержимый страстью муж, узнав, что жена изменяла ему и не один год?
Адалина поморщилась от столь уродливой правды о своих родителях.
– Он избил ее до смерти?
На лице Тристана не отразилось ни единой эмоции. Будучи принцем Южного королевства и главой шпионской гильдии, он привык слышать подобные грязные тайны аристократов.
Адалина не сомневалась, что он знает и более ужасные секреты о людях, в чьих руках сосредоточена власть на Великом Материке.
– Он заперся с ней в спальне, сказал, что им нужно срочно поговорить наедине. Он был чем-то рассержен, но я тогда не придала этому значения. Осознала свою ошибку, только когда из их покоев стали доноситься крики, плач, а потом удары.
