Я моргаю. Во-первых, потому что она явно не из тех служанок, кто тает от внимания Тейнана. Более того — не боится его гнева.
Во-вторых и в главных…
— У него были права на трон? — очень сложно не повысить голос на этом вопросе!
— Были, конечно. Все кровные нас-следники покойного короля сражались — у драконов так заведено. Они с принцем Сейдером остались последними, только силы были неравны. Это не важно. Небесные лорды не любят, когда в их дела суют нос, так что я замолчу и вам советую. Просто если не хотите бед, держите с младшим принцем дистанцию.
Знала бы она, как катастрофически её советы запоздали!
Я киваю. Решаю пока не переваривать эту информацию, пытаюсь перевести разговор в более спокойное русло — и уговариваю её достать мне хотя бы книгу по дворцовому этикету.
К моему удивлению, Сиида соглашается. Кажется, обещания благодарности подействовали.
Надеюсь, я уговорю Тейнана послать ей что-нибудь — если, конечно, не умру раньше.
К себе я возвращаюсь через час после завтрака. В сомнительном настроении. Открываю дверь — и едва не вскрикиваю, вовремя зажимаю рукой рот.
В этот раз Тейнан лежит на моей кровати и с интересом читает любовный роман, выданный мне смотрительницей-нагой.
***
Я закрываю дверь так быстро, будто за мной гонится толпа стражи.
— Ты с ума сошёл? А если тебя здесь увидят?!
— Они обычно стучат.
— Обычно?!
— Расслабься, заклинательница.
Я подпёр дверь магией, которая должна была растаять только от твоей ауры.
Тейнан лениво откладывает книгу, причём не закрывая, страницами на покрывало.
— Интересное чтение. Так и думал, что история служанки и одного из небесных лордов — то, чем ты утешаешь себя вечерами. “Ах, лорд Шеррах, я не достойна вас, но как же перестать о вас думать?” Жаль, что судя по последним страницам, тут все умрут.
Он издевается надо мной. Он просто…
Хуже всего, что я правда вчера открыла этот томик.
В безумной надежде хоть оттуда узнать чуть больше о местных порядках! Не могу сказать, что мне помогло, и уж точно не смогу объяснить это дурному дракону.
И только с запозданием я понимаю, что все эти эмоции, это смущение и досада — совсем не то, что мне стоит испытывать, найдя врага в собственной постели.
— Встань, — роняю я.
— Ты что, пытаешься мне приказывать?
— Ты причиняешь мне вред своим непристойным поведением.
