— Ну что ты, мальчик, можешь даже не пытаться. Прими смерть спокойно.
— Смерть? Не на вашем веку.
Эфиар попытался еще раз атаковать мужчину, но наткнулся на тот же эффект, разве что больше раззадорил незнакомца. Он усмехнулся и сделал шаг по направлению к нему, раскинув руки в стороны.
— Ну же, давай! Излей на меня весь свой резерв.
— Не делай этого, Эфиар!
Но куда там: до мальчишки, чья гордость задета, не достучаться. Он привык чувствовать себя сильнейшим, и теперь, когда встретил такого противника, не мог смириться с этим.
Полный гнева, он швырял одно заклинание за другим. Срывая голос, я кричала, что не нужно, чтобы он остановился. В итоге его высочество упал на песок, полностью обессиленный.
— То-то же, — хмыкнул мужчина и занес над ним заклинание.
В этот момент справа открылся портал и из него вышел Артиан с магическим шаром наготове. Он быстро оценил ситуацию и перекинул щит с себя на принца, медленно подходя ближе.
— А вот и ты, мальчик мой. Что-то ты долго боролся с моей защитой и не мог вовремя переместиться к своей избраннице.
Неужели ваша связь слабее, чем я предполагал?
— Артиан, он слишком силен! — выкрикнул принц.
— Я и не собираюсь с ним сражаться, — спокойно ответил жених и посмотрел на меня. — Просто пришел забрать ту, что дорога мне. Так уж и быть, принца тоже подхвачу. Жалко оставлять Аран без горе-наследника.
По взгляду его высочества я поняла, что за «горе-наследника» Дарреги еще ответит, но несколько позже, если мы все выживем. Уверенность в этом с каждой секундой таяла.
А если это именно тот, от кого меня столько лет прятал отец?
— Никто отсюда не уйдет живым, кроме меня. Уж простите, что так выходит, но вы все лишние свидетели. — Мужчина развернулся ко мне: — Кроме тебя, моя дорогая. Ты — главное действующее лицо, причем очень хорошенькое лицо. Даже жалко будет видеть его безжизненно-бледным. Ох, видимо, пришло время грустных историй.
Маг создал заклинание на руках и швырнул его в принца. Дарреги отреагировал мгновенно: выставил щит на его высочество и бросил атакующее заклинание такой мощности, что незнакомец не успел увернуться — оно ударило в лицо.
Капюшон спал, обнажая внешность. Ему было лет сорок, не больше, длинные темные волосы, часть которых была заплетена в косы, лежали на плечах. В глазах цвета свежей травы не было ничего доброго, в них клубилась сама тьма. Такой взгляд бывает у сумасшедших, поэтому я вздрогнула, едва заглянув в них. Но он быстро перевел взгляд с меня на застывшего ректора и усмехнулся.
